Пришествие блюза. Том 4

Пришествие блюза. Том 4

 

Глава 4. Кёрвин  

– Убийство Юлы Осли – Страшная книга Уолтера Уайта –

– Суд Линча на центральной площади – Хроника событий – Поиск

правды Монти Эйкерса – Рождение спиричуэлса –

 

Как раз в те дни, когда на северо-западной окраине Кёрвина возводили новую церковь для чёрных, на небольшой площади в центре этого городка, прямо у двух церквей, толпа белых прихожан ‒ мужчины, женщины, старики, молодежь ‒ сжигала заживо трёх своих темнокожих единоверцев, обвиненных в страшном преступлении: изнасиловании и жестоком убийстве семнадцатилетней школьницы Юлы Осли (Eula Ausley, 1904–1922), несчастной сироты, которую воспитывал одинокий дедушка...

В Центральном Техасе, как и на всем американском Юге, и до того было неспокойно и на расовой почве то и дело возникали кровавые стычки между белыми и чёрными, заканчивавшиеся пресловутыми судами Линча: расправлялись обычно с чёрными, но бывало, в отместку линчевали и белых. В 1893 году таких расправ по всей Америке было двести(!), и почти все они случились на Юге, и в основном линчевали чёрных.

...Отвлекитесь от нашей книги, проставьте на карте США двести жирных точек – и сразу увидите, много это или мало... 1893 год ‒ это, напомню, год рождения Лемона Джефферсона. И в том же году родился некто Уолтер Уайт (Walter Francis White, 1893–1955).

В 1926 году, когда Блайнд Лемон Джефферсон вовсю записывал свои блюзы в Чикаго, Уолтер Уайт, служивший в то время помощником секретаря Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения (National Association for the Advancement of Colored People, NAACP), в очередной раз стал свидетелем линчевания. На этот раз в городе Эйкен (Aiken, SC), штат Южная Каролина, где трое чёрных были убиты на глазах многотысячной толпы белых. Уайт был афроамериканцем, но имел светлую кожу, светлые волосы, голубые глаза – словом, был уайт (белый!), поэтому мог беспрепятственно наблюдать за подобными расправами, получая информацию «из первых рук». Жуткий суд Линча в Эйкене переполнил чашу терпения Уолтера: он взял отпуск и, поддерживаемый фондом Гуггенхайма (Guggenheim Foundation), уехал во Францию, где в течение года работал над книгой, получившей название Rope And Faggot: A Biography Of Judge Lynch. Впервые эта мужественная, страшная и до поры до времени замалчиваемая книга опубликована в 1929 году. В 1969 году она была переиздана небольшим тиражом и уже в наши дни, в 2002 году, переиздана в третий раз.[1] Так вот, согласно исследованиям Уолтера Уайта, к началу двадцатых внесудебные расправы пошли на убыль, но Техас всё же лидировал по этому страшному показателю ‒ десять судов Линча в 1920 году.

1922 год начался в Центральном Техасе напряженно: в январе-феврале, с вступлением в силу жесткого закона против бутлегерства, во Фристоун-каунти совершались рейды на подпольные производства алкоголя... Мы иногда видим хронику тех событий: бравые молодцы, при поддержке рейнджеров, громят самодельные винокурни и самогонные агрегаты, проламывают кувалдой бочки с виски, выливают канистры, разбивают какие-то ящики, колотят кувшины-джаги, давят трактором тысячи бутылок. При этом зловредный алкоголь течёт рекой по сточным канавам... Зрелище ещё то. Понятно, что этому активно сопротивлялись и сами бутлегеры, и набравшая силу мафия. Так было и в Центральном Техасе, в воздухе которого пахло грозой... 4 мая в Кёрвине произошло злодейское убийство белой школьницы, которое взорвало ситуацию. Буквально через день нашли виновных, над которыми без промедления учинили жестокую расправу.

Газеты по всей стране отразили те трагические события, так что обратимся к выдержкам из этой обширной хроники: они нам кое-что расскажут о спиричуэлсах, о мире, из которого произошел великий блюзовый сингер и гитарист Блайнд Лемон Джефферсон, и отчасти ответят на вопрос: откуда у него столь надрывно-трагический голос?

 

The Norwalk Hour (of Norwalk, Connecticut) May 6, 1922 

Кirvin, Texas, May  6 (United Press):

Трое негров сожжены здесь на рассвете за нападение и убийство Юлы Осли, милой семнадцатилетней школьницы, чьё тело, с тридцатью ножевыми ранами, было найдено неподалеку. Доставленные в центр городской площади и привязанные к культиватору, трое негров встретили свою смерть перед толпой из ста человек… Когда пламя охватило двадцатишестилетнего Снэпа Тэрри ("Snap"Terry), он закричал: Oh, Lord, I'm coming!  (О Боже, я иду к Тебе!) Сорокачетырехлетний Моc Джонс  ("Mose" Jones) и девятнадцатилетний Джон Кониш (John Conish) были сожжены чуть позже… Это произошло после того, как, объятый огнем, Тэрри  крикнул: Burn Jones and John Cornish – they are as guilty as I am! (Сожгите  Джонса и Джона Кониша: они так же виновны, как и я!)

Его возгласы ‒ Oh, Lord, I'm coming! ‒ становились всё отчаянее, по мере того как занималось пламя. Затем на него плеснули побольше керосина и нефти – и крики смолкли.

Потом связали Джонса и приволокли к плугу. Набросали на него хвороста, и через минут шесть он был уже мёртв.

А Джона Кониша сначала заарканили, затем втащили в костер. Ещё добавили горючего, и три тела сгорели до углей. В восемь утра огонь всё еще полыхал.

Поимке всех троих чёрных предшествовала самая захватывающая в истории Техаса погоня. Фермеры и бизнесмены трёх каунти ещё с утра в пятницу начали поиски убийцы белой девушки. Имея подсказку другого негра о виновности «Снэпа» Тэрри, преследователи весь день прочесывали долины речки и холмы вдоль и поперек. Тэрри был схвачен около 5:30 вечера в пятницу в пяти с половиной милях к югу от Вортема. Весть о его поимке стремительно распространилась, и в течение часа большая толпа собралась у тюрьмы. Негра тайно вывели и увезли в Фэйрфилд (Fairfield), где  поместили в местную тюрьму. Во время сурового допроса негр признался в содеянном и назвал соучастников преступления – ещё двоих негров из Кёрвина. 

 

Следующий репортаж с Юга, опубликованный со ссылкой на Associated Press в далеком Солт-Лейк-Сити, штат Юта, многое добавляет. Не совсем верно указаны имена казнённых, но это мелочи: где Техас, а где Юта! Главное в этом документе ‒ стиль изложения: обыденность, повседневность, обыкновенность да ещё немного лирики... Невольно вспоминается: Пасторальные сцены галантного Юга. / Глаза ‒ навыкат, искривленные рты... / Аромат магнолий, свежий, бодрящий, / И вдруг ‒ приторный запах плоти горящей...[2]

 

The Deseret News (of Salt Lake City, Utah) May 6, 1922

Кirvin, Texas, May  6 (Associated Press):

...Все трое негров работали на ферме ДжейТи Кинга (J.T.King), видного местного фермера и дедушки убитой девушки, которая была сиротой и проживала у деда. Кинг присутствовал на сожжении. Говорят, что предводители толпы получили от него одобрение, прежде чем подожгли тела. Линчевание проводилось в организованном порядке. Не было ни пальбы из оружия, ни попыток применения какого-либо чрезмерного насилия, хотя понятно, что, прежде чем негров привязали к шесту, их подвергли пыткам. За исключением нескольких выкриков и воплей приговоренных, мало что нарушало утреннюю тишину провинциальной комьюнити. Сожжение проводилось на небольшом открытом пространстве прямо напротив двух маленьких церквей.  Сообщается, что один из негров, умирая, пел церковный гимн...

«Снэпп» Карри ("Snapp" Curry), первым оказавшийся у шеста, был арестован, после того как его жена рассказала офицерам, что его одежда была испачкана кровью, когда он вернулся домой в ночь убийства. Карри повезли в Вортем и для его же безопасности поместили в здание банка. Сообщается, что там он признался перед толпой в нападении на девушку и её убийстве, а также обвинил в этом ещё двоих негров, Джей Эйч Варни (J.H.Varney) и Моса Джонса. Когда Карри переводили в другой город в целях сохранения порядка, он был перехвачен толпой.

Толпа собралась там же и угрожала взять здание штурмом. Офицеры сумели вывести заключенного через заднее окно, сели в машину и уже направились к Мексии, чтобы оттуда ехать в Вэко, но сопротивление толпе оказалось бесполезным, и она завладела заключенным… Люди отобрали у шерифа ключи от тюрьмы Фристоун-каунти, где в качестве подозреваемых содержались под стражей Джонс и Варни, отворили дверь тюрьмы и завладели двумя неграми. Потом всех троих погнали в Кёрвин, где жила убитая девушка. Расправа происходила на небольшой площади в центре города, у железного шеста, вбитого в землю. Рядом с шестом  свалили дрова, пропитанные нефтью для лучшего возгорания. Сначала сожгли Карри, а потом Варни и Джонса. При сожжении двух последних возникла небольшая задержка, так как они настаивали на своей невиновности. В конце концов их сожгли, на основании показаний Карри...  Сегодня, в утренние часы, пламя все еще сильно полыхало, так как телам дóлжно было сгореть дотла...

 

Скорая расправа над предполагаемыми убийцами невинной девушки ещё больше разожгла огонь ненависти разъярённой толпы, и спустя два дня был казнён Фредерик Грин (Frederick Green), ещё один чёрнокожий. Он стал четвертым... Прикрываясь ожиданием мести со стороны чёрного населения и распуская слухи о «вооружённых отрядах негров», белые ковбои продолжали преследовать чёрных, устроив в продолжение месяца самый настоящий террор. Афроамериканским семьям вокруг Кёрвина, а это относилось и к семейству Джефферсонов-Бэнксов из соседнего Коучмена, нельзя было выйти из дому. Но и эти убогие строения едва ли спасли бы их, поэтому многие семьи бежали из своих селений, прятались у родственников или у знакомых в других каунти, а некоторые и вовсе ночевали в полях, при этом никто их не защищал. У них попросту не было своего государства! И конечно, ни о каком сопротивлении вооруженным до зубов и прикрытым законами белым ковбоям на лошадях даже не было речи... Тем не менее, опасаясь мести, белые (вот у них государство – было!) обратились к губернатору штата с просьбой выслать рейнджеров, и тот, войдя в положение, оперативно отреагировал... Обратимся вновь к хронике, которая больше напоминает военные сводки... 

 

Lewiston Daily Sun (of Lewiston, Maine) May 8, 1922

Обещанные тремястами негров неприятности не сбылись!

Сообщалось о готовящемся уничтожении техасского города цветными мужчинами.

 

Kirvin, Texas, May 7:

Несмотря на поступавшие из разных городов этой местности слухи о том, что вооружённые негры направляются на город, чтобы отомстить за смерть троих негров… в городе сегодня было тихо. Ничто не предвещает проблем, по мнению Оу Си Кинга (O.C.King), судебного пристава города.

 

Berkeley Daily Gazette (of Berkeley, CA) –– May 8, 1922

Austin, Texas, May 8:  

Губернатор Нэфф (Pat Neff, 1871–1952) приказал сегодня двум отрядам техасских рейнджеров тотчас направиться в Фэйрфилд, центр Фристоун-каунти, для пресечения восстания негров, которое шериф Мэйо (H.M.Mayo) объявил неизбежным.[iii] Мэйо сказал, что негры Фристоун-каунти угрожали отомстить за убийство троих негров, сожженных на площади в Кёрвине…

 

Lewiston Daily Sun (of Lewiston, Maine) –– June 2, 1922

Негры и белые готовятся к сражению под Кёрвином.

Несколько тысяч вооружённых до зубов белых мужчин срочно продвигаются к месту, где поселился дурной дух со дня сожжения там трёх негров. Один белый убит вчера. 

        

Fort Worth, Texas, June 2:  Джек Маршалл (Jack Marshall), главный диспетчер местной железнодорожной станции, сегодня в 9:45 вечера утверждал, что вооруженная пулеметами группа из четырехсот белых мужчин из ближайших к Кёрвину городов спешит на ферму Пауэлла (Powell farm), к югу от Кёрвина.

 

Teague, Texas, June 2: Группа мужчин, приблизительно 500 человек, вышла из Тига в 7:25 вечера и направилась в пригород Кёрвина, где, как сообщалось, от 75 до 100 негров  готовили нападение на белых жителей района.

 

Mexia, Texas, June 2: Один белый мужчина сегодня погиб и двое других серьезно ранены неграми на ферме Джона Кинга, под Кёрвином. Сообщается, что эти белые ‒ родственники покойной мисс Юлы Осли… Есть информация о том, что один из раненых – мистер Кинг, дедушка мисс Осли. Количество вовлечённых в происшествие негров неизвестно, хотя говорится, что их было довольно много... Заместитель шерифа Кинг и городской судебный исполнитель Кинг, в сопровождении отряда своих людей, арестовали сегодня негра Лироя  Гибсона (Leroy Gibson). Это произошло после обеда в доме Моса Гибсона (Mose Gibson), приблизительно в пяти милях к северу от Тига. Трое негров из этого же дома открыли стрельбу из ружей, когда офицеры уводили арестованного. Во время схватки Лирой Гибсон погиб. Вскоре после того как молодой человек был застрелен, поступила информация, что от 40 до 60 негров захватили заброшенный дом на ферме Пауэлла в четырёх с небольшим милях к югу от Кёрвина. Вооружённые ружьями, они грозились дать отпор всем белым, которые посмеют войти в этот дом.

 

Houston, Texas, June 2: Из Корсиканы (Corsicana, TX) и Вортема сообщают, что получены предупреждения о расовых противостояниях в Кёрвине. Несколько тысяч серьёзно вооружённых мужчин устремились в город.

 

Dallas, Texas, June 2:  По сообщениям местного телефонного узла, все телефонные линии между Далласом и Кёрвином, кроме одной, проходящей через Вортем, повреждены…

 

Corsicana, Texas, June 2: Сообщается, что группа негров в количестве от 75 до 100 выстроилась приблизительно в трёх милях к юго-востоку от Кёрвина. Они серьёзно вооружены. Все жители Стритмена, что в восьми милях к северу от Кёрвина, за исключением нескольких оставшихся на дежурстве… ответили на призывы о помощи. Оружейный магазин Корсиканы сегодня получил приказ из Кёрвина доставить сразу всё имеющееся оружие и амуницию. Многие жители Корсиканы сейчас на пути к месту драматических событий.    

 

И только 4 июня, спустя месяц после убийства Юлы Осли, в газетах появились обнадёживающие сообщения о затишье.

 

The Victoria Advocate (of Victoria, Texas) –– June 4, 1922

Teague, Texas, May 3 (United Press): Во Фристоун-каунти затишье после одной из самых бурных ночей в её истории. Рейнджеры штата патрулировали улицы ночью, но они полагают, что опасность расовых мятежей миновала.

 

Мы привели лишь малую часть той ужасающей хроники, которой были насыщены американские газеты. И мало кто в те дни обращал внимание на следующие крохотные заметки, затерявшиеся в общем информационном потоке.

 

The Norwalk Hour (of Norwalk, Connecticut) May 6, 1922 

 Fairfield, Texas, May 6 (United Press): По словам шерифа Мэйо, двое белых удерживаются в тюрьме в связи с убийством Юлы Осли в Кёрвине, за которое этим утром были сожжены трое негров. Мэйо говорит, что обнаружены следы, ведущие с места преступления к дому этих двоих братьев, и они идентичны следам от их обуви. Один был схвачен вчера, а второй сдался у здания тюрьмы прошлой ночью, после того как толпа, захватив негров, удалилась.

 

The New York Times (of New York, NY) May 7, 1922

Teague, Texas, May 6: Двое белых мужчин задержаны сегодня для дальнейшего выяснения их действий, предшествовавших убийству молодой белой девушки, за которое в Кёрвине этим утром были сожжены трое негров. Как сообщается, никаких обвинений против этих двоих пока не выдвигалось.[4]

 

  Пройдет почти семьдесят лет, прежде чем трагическими событиями в Кёрвине всерьез заинтересуется... нет, не юрист ‒ историк! Как и у нас, у Монти Эйкерса (Monte Akers) что-то не складывалось, когда он читал шокирующую хронику о скорой расправе над тремя предполагаемыми убийцами несчастной Юлы Осли. Как и мы, Эйкерс обратил внимание на заметки о двух белых, задержанных полицией, на обилие Кингов среди начальников Кёрвина и на многое другое. И по мере изучения доступных документов, а также после встреч со всё еще жившими свидетелями тех событий сомнения исследователя переросли в полную уверенность в том, что 6 мая 1922 года в Кёрвине перед двумя церквями сожгли невинных! «Снэп» Тэрри, Моc Джонс, Джон Кониш и Фредерик Грин ‒ не убивали Юлу Осли и не имели к этому преступлению никакого отношения! Они пали жертвами слепой мстительной ненависти белых расистов, наглого оговора со стороны тех, кто покрывал настоящих убийц, и преступного попустительства местных властей. Под жестокими пытками, перед угрозой истребления семей и близких, назначенные в жертвы дали признательные показания и тотчас были жестоко убиты. Настоящие же убийцы Юлы Осли ‒ те самые двое белых, имен которых газеты так и не назвали, ‒ наказания избежали... 

В 2011 году у Монти Эйкерса вышла книга Flames After Midnight, в которой расследуется расправа в Кёрвине и на основе документального материала доказывается полная невиновность жертв безумного произвола жестокой толпы и расовых предрассудков.[5]

Еще раз повторим: события, на которых мы задержались, неотделимы от жизни и судьбы Лемона Джефферсона, для которого Кёрвин был родным городом. Там находилась церковь, прихожанами которой долгие годы были он сам и его семья. В Кёрвине Джефферсоны посылали молитвы своему Распятому Богу и получали утешение. Каково было им и каково было сотням и тысячам других чёрных семей из Фристоун-каунти, когда неподалеку от их дома и от их храма, на площади перед другим храмом, также считающимся христианским, ослепленная ненавистью толпа заживо сжигала их невинных соплеменников?! Причём невиновность их была известна чёрному населению каунти с самого начала.

Когда гнев, ненависть, жажда мщения и обида от собственного бессилия застилают глаза, можно разувериться в Высшей справедливости и даже потерять веру в Спасителя... Тогда-то и появляется проповедник, который призывает отчаявшуюся паству молитвами укреплять свои сердца и умягчать ожесточившиеся души.  Вот откуда отчаянная мольба Господи, всем сердцем своим желаю возлюбить ближнего своего… Вот откуда спиричуэлс «I Want To Be Like Jesus In My Heart», вот что он означал для всей конгрегации Shiloh Primitive Baptist Church в Кёрвине и для одного из её сыновей ‒ Блайнд Лемона Джефферсона. (См. наш фотоочерк.)

 

 

О Господи,  всем сердцем своим не желаю

            быть таким, как Иуда…

Господи, всем своим сердцем этого не хочу.  

Всем своим сердцем,

Всем моим сердцем, всем сердцем,

О Господи, всем сердцем не желаю быть Иудой.

 

                        Я всем сердцем своим хочу переплыть реку Иордан…

                        Хочу переплыть Иордан всем своим сердцем.

                        Всем своим сердцем, моим сердцем,

                        Моим сердцем, моим сердцем

                        Я желаю переплыть реку Иордан.

 

                        О Боже, не хочу, чтобы в сердце моем поселилась ложь…

                        Господи! Я не хочу носить в своем сердце ложь.

                        В своем сердце, в моём сердце,

                        В моём сердце, в моём сердце,

                        Боже, я не хочу в своем сердце лжи.

 

                        Да, в сердце своем я хочу быть подобным Иисусу,

                                   в моем сердце…

                        Да, я желаю своим сердцем быть как Иисус.

                        В своём сердце, в своём!

                        В своём сердце, в моём сердце,

                        Я хочу быть подобным Иссусу, в сердце своём.

 

                        Господи, всем сердцем своим я желаю возлюбить

                                   ближнего своего…

                        Боже, всем сердцем хочу возлюбить соседа своего.

                        Всем своим сердцем, моим сердцем,

                        Моим сердцем, моим сердцем,

                        О Господи, я желаю возлюбить ближнего своего.[6]

 

Теперь вернемся в первое десятилетие 20-го века, к тому времени, когда слепой подросток Лемон Джефферсон стал появляться в Вортеме, также важнейшем городе в его жизни.

 


Примечания

[1] Walter White. Rope And Faggot: A Biography Of Judge Lynch. Introduction by Kenneth Robert Janken. University of Notre Dame Press, IN, 2002. Автор предисловия – Кеннет Дженкен написал и в 2003 г. издал биографию Уолтера Уайта.

 

[2] Это, конечно же, куплет из песни Льюиса Аллана (Abel Meeropol / Lewis Allan, 1903–1986) «Strange Fruit», которая стала всемирно известной благодаря Билли Холидей (Billie Holiday, 1915–1959). 

 

Pastoral scene of the gallant South,

The bulging eyes and the twisted mouth,

Scent of magnolia sweet and fresh,

Then the sudden smell of burning flesh...

 

[3] Это тот самый губернатор Пэт Нэфф, которому в январе 1925 г. заключенный главной техасской тюрьмы «Sugar Land» Хьюди Ледбеттер, по прозвищу Уолтер Бойд, спел свою pardon-song. Подробнее об этом см. в кн.: В.Писигин. Очерки об англо-американской музыке 50-х и 60-х годов ХХ века. Т.4. Глава вторая: Ледбелли. ‒ М.: Империум Пресс, 2006. С.26‒30.  

 

[4] Все цитируемые нами статьи и репортажи о событиях в Кёрвине приведены на сайте: www.files.usgwarchives.net/tx/freestone/history/town/kirven.txt.

 

[5] Monte Akers. Flames After Midnight: Murder, Vengeance, And The Desolation Of A Texas Community. Austin: University of Texas Press, 2011.

 

[6] Спиричуэлс «I Want To Be Like Jesus In My Heart» записан Лемоном Джефферсоном под псевдонимом Deacon L.J.Bates в конце декабря 1925 г. или в начале января 1926 г. 

 

Lord, I don't want to be like Judas in my heart, in my heart.

Lord, I don't want to be like Judas in my heart.

In my heart, in my...

In my heart, in my heart.

Lord, I don't want to be like Judas in my heart.

 

I want to cross the river of Jordan in my heart, in my heart.

Want to cross the river of Jordan in my heart.

In my heart, in my heart.

             In my heart, in my heart.

I want to cross the river of Jordan in my heart.

 

Lord, I don't want to be no liar in my heart, in my heart.

Lord, I don't want to be no liar in my heart.

In my heart, in my heart.

In my heart, in my heart.

Lord, I don't want to be no liar in my heart.

 

Yes, I want to be like Jesus in my heart, in my heart.

Yes, I want to be like Jesus in my heart.

In my heart, in my...

In my heart, in my heart.

Yes I want to be like Jesus in my heart.

 

Lord, I want to love my neighbor in my heart, in my heart.

Lord, I want to love my neighbor in my heart.

In my heart, in my...

In my heart, in my heart.

Lord, I want to love my neighbor in my heart.