Череха

...Здесь, в черёхинских казармах, я взрослел ― ползал с автоматом по мокрому снегу и грязи, мерз как суслик при укладке парашютов, терпел «лишения и тяготы», а также впитывал дух глубокой старины псковской земли.

Вспоминаю вечерние прыжки с парашютом, прямо на сверкающий огнями город. Где-то там ― желанная свобода: гуляют девушки, их обхаживают молодые люди, отовсюду раздается музыка, им весело, радостно, а ты... Когда мы возвращались в воинскую часть и нас провозили через Псков, я закрывал глаза, чтобы всей этой жизни не видеть. И вот я здесь, спустя двадцать лет.

Первым делом помчался в Черёху. Увы, дальше ворот меня не пустили, несмотря на уговоры и просьбы хотя бы одним глазом взглянуть на места своей службы. Единственное, что я успел увидеть, ― несколько десантников в голубых беретах. И, знаете, это были... женщины! Они уже не только нас рожают, кормят, учат и лечат, но и готовятся защищать. Что бы сказал, увидев это, покойный Василий Филиппович Маргелов, легендарный командующий воздушно-десантными войсками?

Рядом с воинской частью, в поселке, где проживают семьи офицеров, отыскал своего полковника, под началом которого служил и которого даже называл «папулей». Эрнест Арменович по-прежнему бодр и, кажется, совсем не изменился за два десятилетия. Зато изменилось все вокруг. Полк, некогда гордость ВДВ, представляет собою жалкое подобие той могучей силы, которой хвастались высшие военные чины и политики: вооружение времен Второй мировой войны, подготовки нет, прыжков с парашютом тоже, нет и учений, и даже кормить солдат нечем...

«Кто виноват? ― спрашивает отставной офицер. ― Сионисты, ЦРУ, демократы, коммунисты?»

Но кто же знает, товарищ полковник? Кто знает?

Когда-то полк содержал подсобное хозяйство. Таких свиней выращивали, каких сейчас и не сыщешь. Под стать аппетиту розовощеких воинов, иные из которых могли разломать кирпич о собственный лоб. А какие могучие были в хозяйстве хряки, которыми гордился пожилой подполковник Меркулов, заместитель командира по тылу! Сейчас, рассказывают, даже сухпайков нет, а солдат кормят прямо с машины, которая ежедневно привозит еду невесть откуда. Да так кормят, что уже и не спросишь с воинов, почему плохо бегают, не метко стреляют, слабо дерутся...

Где же ты, мой знаменитый черёхинский полк? Остаются ли в строю твои удалые офицеры ― искусные вояки, умелые командиры и галантные кавалеры? Живы ли ― здоровы твои лукавые и предприимчивые прапорщики, на которых держался тыл? Продолжают ли сходить с ума от твоей десантуры псковские барышни? Видны ли еще в голубом небе псковщины твои белоснежные купола, заслонявшие собою солнце, и услышу ли ещё хотя бы раз на твоем плацу героическую и бессмертную песню?

 

Наверх же, товарищи, все по местам!

 

Последний парад наступает.

 

Врагу не сдается наш гордый «Варяг»,

 

Пощады никто не желает...

 

Из книги "Две Дороги", 1998 г.

 

Псков. На прыжках с Ан-2 - Сразу после приземленияПубликация моего письма в заводской газете (Свердловск, завод им.Калинина)

Псков, Ан-12Сфотографировал себя в небе. Слова selfie тогда не зналиМой главный шеф - подполковник Степанянц на прыжках. ПсковВыброска с Ан-12. Моё фото! К рампе так просто не подойти!

Министр обороны Гречко в Псковской дивизии. Рядом - В.Ф.Маргелов. 1976Министру обороны Гречко представляют подполковника Степанянца. Псков, 1976Степанянц проводит парашютно-десантную подготовку в полку. ЧерехаПервые прыжки с Ил-76. Великий Новгород

С моим армейским другом Сережей ГулинымУжасное фото, но им очень дорожу. Это мы с подполковником Степанянцем перед прыжками. Великий Новгород. КречевицыЗаместитель комдива по парашютно-десантной подготовке полковник БульбашВеликий Новгород. Кречевицы

Еще один мой начальник, майор Семенков. Его уже нет в живых. Специалистом он был класснымКапитан Прокопов, один из лучших специалистов по десантированию техникиСтарший лейтенант Колесняк, любимец полка, на прыжкахПрапорщик Трусов - заслуженный мастер спорта. Бесстрашный! Прыгал со ста метров, конечно, без запаски!

Мой парашют - Д-5, серия 2, №1514Перед прыжками... ПсковИл-76. Великий Новгород. КречевицыСразу после прыжка

Со своим армейским другом Александром КриничнымВ беретах никто из десантников никогда не ходил. Командующий их не переносил...  Редкий случай!Шутка ли, подписана самим Слюсарем!Самая долгожданная публикация!

 

                         *    *    *

 

 

Так мы встретились в Черехе с моим полковником-«папулей», Эрнестом Арменовичем Степанянцем, в 1998 году. Он и по сей день активен, занимается общественной работой, болеет сердцем и душой за всё, что происходит в стране, воюет за права ветеранов... Пару раз в году мы с ним созваниваемся и долго-долго разговариваем. Когда я служил (1975-1977), Степанянц был заместителем командира полка (сначала Альберта Евдокимовича Слюсаря, затем Георгия Фёдоровича Тавгазова) по парашютно-десантной подготовке. Никого из командования полка солдаты так не уважали, как его. Полу-узбек, полу-армянин, а душой совершенно русский офицер, он всю жизнь свою отдал советской армии и её воздушно-десантным войскам. Никто так не мог (и уже не сможет) организовать масштабную выброску десанта вместе с техникой. Я горжусь тем, что без малого два года служил под его началом.

                                                

                                                              *    *    *

 

А вот эти фотографии у КПП моего черехинского полка сделаны уже в двухтысячные...

 

 

 

Как все это могло случиться? Уже после Афгана, после Первой чеченской?..

И что у моего полка впереди?.. Моя Украина?..

 

Все главы

Череха