Линкольн, Нью-Мексико, — город немеркнущей славы Билли Кида. Некоторые размышления об истории (2016)

«Есть такое понятие — “история”. Не та всеобщая или частная история, невольными участниками которой мы, так или иначе, какое-то время являемся, а история как нудная или, напротив, захватывающая, опирающаяся на мириады разнообразных источников наука, как некое познание определенного (или неопределенного!) периода жизни стран и народов. Есть и историки, и преподаватели истории, и сам я, имея соответствующий диплом “об окончании”, мог бы числиться таковым… Имеются, и в избытке, кандидаты исторических наук, а есть у этой науки ещё и доктора, и членкоры, и даже академики. Но есть ли на самом деле такая наука?» ― вот вопросы, которые невольно рождались у нас, когда мы покидали далекое местечко под названием Линкольн, штат Нью-Мексико (Lincoln, NM), всего лишь спустя пару часов после того как въехали в него по хайвей № 380 с востока.

Ещё на въезде в это странное селение, затерянное на бескрайних просторах штата и окаймленное невысокими горами, мы обратили внимание на его отличие от других подобных городков, вытянувшихся вдоль той или иной дороги, поэтому, проехав Линкольн, мы остановились и вышли из машины, чтобы вернуться и пройтись по дороге, которая одновременно является ещё и главной улицей. Удивительно, но нам все здесь показалось знакомым. Мы всё это уже где-то видели, и не раз. Где? Конечно, в кино! Это именно в таких городках хозяйничали герои Дикого Запада, метко стрелявшие друг в друга, без конца принимавшие виски и скакавшие во весь опор на лихих лошадях за очередной добычей или, наоборот, удирая от погони.

Первым делом мы подошли к длинному, с наружной лестницей на второй этаж зданию, самому большому и, по-видимому, самому значимому в городке, и увидели рядом со зданием небольшое надгробие с надписью, сообщавшей, что 28 апреля 1881 года некий Роберт Оллинджер (Robert Ollinger) был убит на этом месте Билли Кидом (Billy the Kid). То есть нам c нескрываемой гордостью сообщалось, что этот Оллинджер убит не мелким случайным проходимцем, не каким-нибудь ничего не значащим замухрышкой, а самим Билли Кидом! Словно ему посчастливилось быть отправленным на тот свет одним из самых знаменитых убийц в недолгой американской истории, а это, несомненно, большая честь для всякого уважающего себя человека, и уже одно это обстоятельство в биографии достойно того, чтобы им гордились потомки Оллинджера во все времена…

Так, значит, здесь когда-то орудовал Билли Кид?!

 

...У Америки много разных героев: спортсмены, музыканты, священники, политики, финансисты, писатели, журналисты… Но знаменитые бандиты Дикого Запада и полудикого Востока, а также гангстеры времен Сухого закона ― всегда были на особом месте. Помню, заехали мы в Сент-Джозеф, штат Миссури (St. Joseph, MO), славный, как нам казалось, тем, что там некогда родился величайший тенор-саксофонист Коулмен Хокинс (Coleman Hawkins). Но нет! Хокинса в этом городе мало кто знает, хоть и поставлен ему недавно в самом центре памятник. Оказывается, Сент-Джозеф славен тем, что здесь жил и был предательски застрелен Джесси Джеймс (Jesse James), один из самых отвязных бандитов в американской истории. В городе ему открыт настоящий мемориал, включающий и семейный дом Джесси, к которому не зарастает народная тропа, между тем как о Коулмене Хокинсе помнят лишь местные любители джаза.

―  Как же так? Вы проходите мимо всемирно известного музыканта и ничего о нем не знаете? ― сетую я прохожему в пяти шагах от памятника великому тенору.

― У нас тут один герой, ― бодро отвечает прохожий. ― Джесси Джеймс! А кто и зачем тут поставил памятник этому… Не знаю даже.

Такой вот состоялся разговор, причем прохожий был черным.

То же самое и с другими знаменитыми бандитами прошлого, которые стали иконами для миллионов американцев и отличными брендами для туроператоров, делающих на этих романтизированных персонажах немалые деньги… Что ж тут поделаешь!..

 

…Итак, от большого двухэтажного здания с наружной лестницей мы двинулись к восточной части Линкольна, попутно фотографируя невысокие строения по обе стороны главной улицы. У нас было неуемное желание хоть кого-то расспросить об этом странном городке, но вокруг не было ни души, а на всех видимых дверях магазинчиков, лавок и еще каких-то заведений красовались таблички «Closed». Вскоре нам повстречался немолодой прохожий, выгуливавший собаку, но его угрюмый вид (под стать собаке!) и небрежный кивок (ответ на наше приветствие) отвадили задать ему вопрос. Мы прошли мимо глиняных развалин старинных примитивных укреплений, мимо бывших магазинчиков и баров, мимо церкви, прежде чем оказались перед домом с крыльцом и претензией на респектабельность. Пожалуй, это был самый солидный дом в Линкольне. Мы пригляделись и увидели надпись, приглашающую войти.

Войдя, мы оказались в уютном особнячке, готовом принять всякого заезжего. Здесь была большая столовая с камином и несколькими овальными столами, подготовленными к трапезе; спальня с довольно высокой кроватью, на которую надо взбираться; закрытая взору кухня, откуда доносилась женская речь, и оттуда же разносились по дому запахи готовящегося обеда. В еще одной комнате размещалась лавка по продаже сувениров, так называемый Gift Shop

Мы не успели оглядеться, как из кухни вышла приветливая и доброжелательная миссис, готовая ответить на все вопросы, но прежде чем их задать, мы приобрели копию знаменитой фотографии Билли Кида. В Америке этот снимок известен, наверное, каждому.

Знаменитый бандит запечатлен в своей, так сказать, боевой рабочей форме: на нем небрежно надетая шляпа, вроде бы она была зеленой, тёплая вязаная кофта, из-под которой виднеется расстегнутая жилетка, а за нею ― рубаха с незамысловатым орнаментом; на шею надет амулет и повязан платок, как это водится у ковбоев; на Билли плотные порты, удерживаемые широким ремнем (Bonney’s belt) с патронами (.44-40, не меньше) и заправленные в видавшие виды сапоги на высоким каблуке, отчего можно предположить, что бандит был невысоким («Малыш»). Левой рукой Билли удерживает свой верный карабин (вроде бы Winchester Model 1873), приклад которого упирается в пол; на мизинце виднеется перстень с пятиконечной звездой, а указательным, самым чувствительным, пальцем Билли Кид пощупывает отверстие дула. При этом правая рука бандита находится в непоказном напряжении и готова в мгновение выхватить из кобуры самый надёжный аргумент при всяком споре ― Colt Single Action Army: вряд ли вестибулярный аппарат сверхосторожного Кида мог отличить, кто в него целится ― очередной стрелок или редкий в те дни фотограф… Но всё же главное в Билли Киде ― его лицо и этот снисходительный, всепрощающий предпохоронный взгляд со слегка перекошенной ухмылкой. Поглаживая пальцем мушку карабина и испытывая от этого наслаждение, Билли словно дает понять, что обидчику, отправленному им к праотцам, нечего будет о том сожалеть, можно будет даже этим гордиться, как гордится подобной участью Роберт Оллинджер ― killed by Billy the Kid

Да, не хотел бы я оказаться на месте того, кому наш Малыш так беззастенчиво улыбался…

По словам приветствовавшей нас хозяйки дома, место, в котором мы оказались, было Домом Долана (Dolan House), названным так в честь построившего и жившего в нем Джеймса Джозефа Долана (James Joseph Dolan), эмигранта из Ирландии, ветерана Армии федератов, впоследствии предпринимателя, в поисках лучшей жизни прибывшего в Линкольн в 1873 году. Здесь он сошелся с ещё одним ирландцем, местным бизнесменом неким Лоренцем Мёрфи (Lawrence Murphy), они стали надежными партнерами, неплохо зарабатывали. Долан обзавелся семьей, жил-поживал и добра наживал, да так, что очень скоро стал самым влиятельным в городе, этаким благодетелем, едва ли не отцом родным, которому все жители Линкольна ― от шерифа до гробовщика ― были верны, обязаны и благодарны… Хороший был человек!.. Но тут объявился англичанин, некто Джон Танстолл (John H. Tunstall), который решил прибрать город к своим рукам, для чего нанял отъявленных бандитов с Билли Кидом во главе, и те стали убивать одного за другим ни в чем не повинных граждан, так что господину Долану с партнерами ничего не оставалось, как защищаться… Так в июле 1978 года случилась в Линкольне Пятидневная война (Five-Day War). «Вы же видите, кто на фотографии! Он здесь убивал всех подряд, и надо было этому как-то противостоять», ― завершила свой короткий рассказ хозяйка Дома Долана.

Я вновь взглянул на фотографию. Теперь Билли Кид показался мне откровенным маньяком с перекошенным от ненависти лицом, а то, что я принял за улыбку, было на самом деле выражением нескрываемого удовольствия от предвкушения очередной расправы… Чудовище! Бог мой, через что только не прошла бедная Америка!

Перед уходом добросердечная хозяйка не нашла ничего лучшего, как предложить нам фирменный напиток Дома Долана ― Billy the Kid Coffee. Светлана категорически отказалась, а я, из вежливости, согласился и, признаюсь, большей гадости в своей жизни ещё не пил, при том что в Америке с кофе просто беда…

 

Итак, мы покинули Дом Долана и побрели обратно, к западной окраине Линкольна, где нас поджидал автомобиль. Мы еще раз прошли мимо церкви, мимо старых одноэтажных строений, мимо глиняных форпостов и подобия небольшой округлой крепости, мимо закрытых магазинчиков, мимо одинокого неприветливого пешехода с собакой и уже было подошли к своей машине, чтобы навсегда покинуть этот «нехороший» городок, как заметили, что дверь одного из магазинчиков, как раз напротив большого дома с лестницей на второй этаж, открыта и зазывает войти…

«Магазинчиком» оказалась антикварная лавка, за прилавком которой находился очень приветливый и разговорчивый молодой человек, тотчас принявшийся расспрашивать нас, откуда мы, как попали в Линкольн и куда собираемся ехать дальше. Мы кратко рассказали о себе и в свою очередь поделились только что полученными достоверными сведениями (из первых рук!) о страшных событиях, происходивших в городке, о чудовищном убийце Билли Киде, которого зачем-то романтизируют, вместо того чтобы жёстко и определённо осудить, а ещё лучше ― просто забыть…

К нашему удивлению, молодой человек не согласился, казалось бы, с очевидным и утверждал прямо противоположное.

По его мнению, а он всерьез изучал всю эту давнюю историю, Билли Кид не был никаким бандитом, тем более убийцей, а, напротив, бандитам и убийцам противостоял. Оказывается, Кид был абсолютно честным и благовоспитанным, не терпящим насилия и лжи. Волей судьбы оказавшись в этом городке, он нанялся на работу к владельцу скота, чтобы охранять его от воров и грабителей. Между тем как в городе и в штате Нью-Мексико вообще хозяйничали сомнительные дельцы вроде Долана и Мёрфи, перед которыми были распахнуты все двери. Они скупили здесь все на корню: судей, шерифов, адвокатов, всё, что только можно. Сам губернатор штата и тот был от них зависим, так как на выборах именно эти богачи оказывали решающее влияние на голоса избирателей. Долан, Мёрфи и их дружки были полновластными хозяевами города и всей каунти и самолично решали, кому здесь жить, а кому нет. И никто не мог им прекословить ― боялись! Они попросту убили бизнесмена (Танстолла), который приехал сюда и попытался открыть свой магазин, и всегда так поступали, чтобы не было конкуренции. Долан покупал судей, ставил своих шерифов, в его руках была пресса: он был здесь и главным судьей, и законом, и всем на свете, а Билли Кид попытался этому противостоять…Нам на месте демонстрируют, как именно Билли Кид пристрелил Оллинджера

Я принялся возражать, указывая на надгробие убитого Билли Кидом некоего Оллинджера, который, как нам сказали, был помощником Долана в его борьбе с бандитами, но молодой человек сказал, что этот Оллинджер на самом деле был известнейшим в Нью-Мексико бандитом и убийцей, о котором родная мать высказалась вполне определенно: «Bob was a murderer from the cradle, and if there is a hell hereafter then he is there» («Боб был убийцей с самой колыбели, и если ад существует, то он там»)… Вдобавок к сказанному продавец лавки дал мне статью, где я прочел об этом самом Оллинджере, и оказалось, что это действительно была зловещая фигура, достойная того, чтобы быть повешенной или, как минимум, застреленной...

― А как вы думаете, сколько было Билли Киду, когда он тут прославился? ― спросил меня молодой человек и сам же ответил: ― Не было и двадцати!

Я не поверил, вспомнив себя в эти годы.  Так это ведь просто мальчишка, только-только оторвавшийся от подросткового возраста, едва начавший жить!

Я вытащил фотографию. С неё на меня смотрел добродушный и, в общем-то, милый юноша, вооруженный, как и все ковбои того времени, винтовкой и револьвером: а как без этого, когда вокруг волки, шакалы и бандиты вроде отпетого Оллинджера, под два метра ростом и вооруженного до зубов…               

Между тем владелец антикварного магазина продолжал просвещать нас о Билли Киде. Оказалось, что Билли в его борьбе с Доланом и прочими узурпаторами власти в Линкольне поддерживало большинство населения города. Жителям надоели беззаконие и произвол. Именно поддержка горожан позволяла Киду всякий раз бежать от преследователей: один коня подгонит под окно, другой на карауле постоит, третий еды даст в дорогу, а кто-то поделится одеждой и деньгами… Наконец, мы узнали, что Билли был прекрасным музыкантом, владел гитарой, банджо и прочими инструментами, сочинял песни и отменно их пел, то есть был чем-то вроде фолксингера, да и фамилия его настоящая, оказывается, была почти битловской ― МакКарти…

Я вновь поглядел на фотографию, еще час назад внушавшую мне ужас и омерзение: теперь с неё на меня глядело и ласково улыбалось безобидное дитя, тешащееся ружьишком, скорее всего бутафорским, специально выданным для съёмки штатным фотографом в придачу к шляпе, ремню с патронами и кольту, тоже явно не настоящему, с которым в этом ателье снимались все кому не лень. Это же вестерновский карнавал! Как же я не додумался?

― Поглядите-ка на его запыленные, изношенные сапожонки, на старенькую, полинявшую кофтёнку, всмотритесь в это ясное, открытое степному ветру умное и бесхитростное лицо, ― обращался к нам владелец магазинчика. ― Ну разве мог такой человек кому-то причинить боль и страдания?!

― Конечно, нет! ― дружно отвечали мы. ― Но ведь имеются документы, свидетельские показания, решения суда, приговоры…

― Какие показания, какие приговоры и решения суда, когда все на корню здесь было куплено!.. Его жестоко и бессердечно использовали сильные мира сего, все эти губернаторы и шерифы, продажные судьи и прокуроры, стреляные воробьи большого и малого бизнеса, вся эта бесчисленная рать, кормившаяся грабежами и воровством… В конце концов они его выследили и убили, получили за это деньги, а потом свалили на несчастного Билли все свои преступления, все убийства, вообще все грехи, на совершение которых у него попросту не хватило бы времени: шутка ли ― по два убийства на год жизни, не считая грабежей, взломов, угона скота и прочего, чего на самом деле не было вовсе. Так что Билли Кид ― американский герой, народный защитник, борец с коррупцией и несправедливостью…

― Но нам в Доме Долана сказали, что Билли был страшным убийцей, что от него и его банды защищались…

― Еще бы вам сказали по-иному. Там же до сих пор обитают потомки этого самого ирландца… Тут у нас все жители разделены на два лагеря: одни, те что попроще, победнее, ― за Билли Кида; другие, что побогаче, ― против. Им же надо как-то оправдать своих предков… Так вот и живет Линкольн последствиями той пятидневной войны лета 1878 года. До сих пор нет какой-то одной определенной позиции на события почти полуторавековой давности. Я как сюда приехал, сразу окунулся с головой во всю эту историю. И никуда не денешься…

 

Мы вышли из антикварного магазинчика, прикупив за три доллара одинокий стеклянный фужер столетней давности: будем теперь из него по очереди пить, вспоминая Линкольн… Перешли дорогу и еще раз обошли большое здание, со второго этажа которого когда-то в последний раз бежал Билли Кид, попутно пристрелив нанятого местными олигархами страшного бандита Оллинджера. Мне тотчас вспомнился заголовок одной из новостей России девяностых: «Во время разбойного нападения был застрелен убийца киллера Солоника»… Мда-а!

Пройдя ещё немного, мы увидели, как к историческому маркеру направляется экскурсия, состоящая из школьниц. Их привезли к месту последнего побега Билли Кида, чтобы  поближе познакомить с историей родного края. Уж не знаю, что там говорила школьницам экскурсовод, но нам слышалось одно: «Будьте такими же смелыми, отважными и сильными, каким был Billy the Kid! Будьте такими же непримиримыми борцами с воровством, казнокрадством, с несправедливостью, каким был Billy the Kid! Так же любите свою родину, свой Линкольн-каунти и свой великий штат Нью-Мексико, как любил их Billy the Kid!»…

 

Мы поспешили к своему автомобилю, и уже через несколько минут крохотный Линкольн, со всеми своими строениями, своим Billy the Kid Trail и со своей странной историей, скрылся из виду, оставив нас наедине со всеми теми вопросами, с которых мы и начали этот фотоочерк.    

  

* Уже поздним вечером, в отеле, мы разыскали в Интернете ещё одну фотографию Билли Кида. Вот тут он настоящий, не карнавальный, не бутафорский... В 2011 году эта фотография продалась за 2,3 миллиона долларов! Думаю, что теперь и за три с половиной не отдадут...