Лето в прибрежной тундре близ Локвика, Лофотенские острова, Норвегия (2016)

В самом конце ноября 1999 года, на рубеже столетий, веков, тысячелетий и, теперь можно сказать, эпох, близ заполярного чукотского Билибино я впервые увидел тундру. Континентальную. Спустя месяц у залива Лаврентия, близ одноименного с ним поселка, я впервые наблюдал тундру прибрежную… Хотя правильнее сказать, что я видел лишь очертания тундры и отчасти мог представить её масштабы, потому что сама тундра, и континентальная, и прибрежная, была скрыта от меня снегами. Зато от старых и не очень старых чукчанок, эвенок и эскимосок (всё от женщин!) я много и часто слышал о тундре. Их Тундре, которую именовать, тем более  писать нам надо бы только с заглавной буквы. Все, с кем я в те дни встречался ― то были жительницы Кепервеема, Островного, Илирнея, далекого Омолона, Тавайваама (близ Анадыря), Лаврентия, Лорино, Энурмино, Уэлена и прочих отдаленных чукотских уголков, ― говорили о Тундре как о своём родном Доме. О чем бы ни заходил наш разговор, как только звучало это удивительно звучное, «пружинистое» слово, а оно произносилось чаще всех прочих слов, мои собеседницы на мгновение, на какие-то доли секунд останавливались, будто замирали, и становились другими. Их лица тотчас добрели, расцветали улыбкой, глаза излучали свет и сияние, они словно погружались в некие мимолетные воспоминания, в какие-то неведомые мне временные пространства, уходили в доступные лишь их сознанию и памяти миры… То было их Прошлое, то была их Тундра… И все они убеждали меня, что Тундра, сколь бы хороша и прекрасна она ни была зимой, еще более величественна и красива летом, так что мне непременно надо приехать сюда еще раз, когда все вокруг цветет и пахнет, дышит жизнью, главный смысл которой ― надежда быть увиденным, услышанным, понятым и, самое важное, быть избранным, быть любимым… Конечно, конечно, так всюду в подлунном мире. Так было и, надеюсь, будет всегда. Но отличие тундры в том, что лето там удивительно коротко: оно мгновенно, оно стремительно. И там, где у всего живого в запасе месяцы и целые «времена года»… в нашей тундре ― считанные дни. И в эти священные дни надо успеть всё. Надо родиться, вырасти, выстоять, надо расцвести, чтобы заявить о себе и быть увиденным, услышанным и принятым, после чего надо дозреть, успеть дать плод, щедро поделиться им и, прежде чем навсегда уйти, продолжить себя в чём-то другом, ещё более прекрасном и восхитительном, чем ещё только вчера был сам… Экая задача! А дней и часов на её исполнение ― меньше, чем где бы то ни было и у кого бы то ни было. Оттого Тундра так прекрасна летом, оттого она так свежа, чиста, беззащитна и откровенна со всяким, кто видит и понимает её… Что тайга, с её непролазными буераками, сокрытыми от солнца темными чащами, отсутствием видимого горизонта (а значит, с отсутствием всякой надежды!) и опасностями, которые поджидают тебя во всякий час, в каждую минуту?! Что луизианско-миссисипские джунгли, куда и на шаг с дороги не ступишь, чтобы тотчас не быть кем-то покусанным, ужаленным, а то и съеденным? Я даже и не говорю о джунглях амазонских или индокитайских и прочих саваннах, которые замечательны и прекрасны лишь по телевизору, но стоит там оказаться ― пиши пропал!.. Нет-нет! Лучше, чище и добрее Тундры на свете ничего нет, и, уж точно, нет ничего нежнее и прекраснее…

В этом я убедился, когда впервые там оказался. Правда, это была не Чукотка, до которой я уже, наверное, никогда не доберусь, а Норвегия, её самая крайняя северная часть.

Описывать тундру ― занятие, поверьте, тщетное. Скажу лишь, что достаточно очутиться там один раз и лишь на одно мгновение, чтобы навсегда оказаться во власти чарующей красоты тундры и её безграничного величия.

На публикуемых фотографиях ― прибрежная тундра Лофотенских островов, рядом с рыбацким городком Локвик (Laukvik), причал которого мы недавно представили. Зимы холодной здесь не бывает, потому что в воды Норвежского моря вливается Гольфстрим, движущийся из южной Атлантики. Это планетарное течение как раз и завершает свое движение у берегов Норвегии, отдавая им свое последнее тепло. Но и лета долгого здесь тоже нет, хотя теплые и даже  жаркие дни в долинах местных гор случаются… Что за цветы? Узнаю лишь привычный всем иван-чай, голубоватые колокольчики да ещё сопровождающий меня всю жизнь клевер-конюшину… Что-то еще знакомое, не раз виденное, но что это такое ― не знаю. Каждый шаг по безбрежной, влажной, мягкой и цветастой подушке тундры дарит всё новые и новые виды, цвета, запахи, звуки и вместе с ними ― новую жизнь, новую радость. Тут и захочешь ― не соскучишься… Добавлю, что был конец июля, моросил дождь, туман покрыл окрестности, скрыл от обозрения довольно близкие горы и само Норвежское море, берег которого ― совсем рядом...

 

Локвик, 24 июля 2016 г.