89. По местам обитания Блайнд Вилли МакТелла (Blind Willie McTell). Part 3. Стэйтсборо, Джорджия (Statesboro, GA)

Где-то в 1911 году Минни Дорси (Minnie Dorsey) с сыном переехали на юго-восток Джорджии, в главный город Булло-каунти (Bulloch County)Стэйтсборо (Statesboro, GA). В сравнении со Стэплтоном (Stapleton, GA), это был крупный, многонаселенный, активно развивающийся и прогрессивный в социальном отношении город, в котором одинокой черной женщине с ребенком можно было отыскать работу. Стэйтсборо хранит память о своём первом мэре Джеймсе Брэннене (James Alonzo Brannen, 1858-1923), с именем которого связано бурное развитие города. Благодаря ему появилось множество мелких и средних бизнесов, которые в свою очередь подпитывали бюджет города и давали рабочие места. Мэр пригласил предприимчивых евреев и всячески способствовал их вхождению в финансово-экономическую жизнь города. Тогда же в Стэйтсборо появились отделения крупных банков и возник собственный, было налажено железнодорожное сообщение с другими крупными городами, вовсю развивалась торговля, появились образовательные и медицинские учреждения. Прогрессивный мэр, героем которого был Авраам Линкольн (Abraham Lincoln, 1809-1965), помогал местной черной общине, финансировал постройку новой церкви, способствовал возникновению колледжа (the City Colored School), жертвовал на благотворительность из собственных сбережений. Он также всячески продвигал женщин, и вовсе не случайно редактором местной газеты работала одна из первых женщин-редакторов в штате. Словом, Стэйтсборо имел высокую репутацию в Джорджии, и поэтому Минни Дорси с сыном оказались именно здесь.

Минни устроилась на работу поваром к семейству Эллис, глава которого ― Вильям Эллис (William Hays Ellis) ― был известным в городе предпринимателем и аптекарем.

История Стэйтсборо хранит предание о том, что Минни и будущий великий блюзмен поселились в одном из маленьких деревянных домиков, располагавшихся между улицей South Main и железнодорожной веткой South Railroad. Следы этого домика или, скорее, место, где он когда-то стоял, всё ещё можно обнаружить в зарослях за живописным отелем the Historic Statesboro Inn. Для этого надо обратиться к служащим отеля: имя Блайнд Вилли МакТелла им хорошо известно.

Минни Дорси оказалось умелой, работоспособной и надежной работницей, поэтому спустя какое-то время семейство Эллис предложило ей с сыном перебраться поближе к ним. На территории, примыкающей к дому Эллисов, построили небольшой двухкомнатный домик, где и поселились Минни с Вилли, и это обстоятельство сыграло важную роль в дальнейшей судьбе слепого мальчика. Эллисы жили в самом центре города (на углу улиц North Main и West Elm, по адресу: 45th North Main Street), а Стэйтсборо, как и все прочие города Юга Америки, был строго сегрегирован по расовому признаку. Оказаться в центре города чёрный человек мог только в случае важной необходимости, а Вилли там жил, он получил возможность играть и общаться с белыми сверстниками.

Был ли Вилли совсем слепым? Сын аптекаря Хенри Джей Эллис (Henry J. Ellis) дружил с Вилли, хотя и был на шесть лет младше. По его воспоминаниям, Вилли был очень развитым, смышленым, катался по двору на велосипеде, играл в стеклянные шарики и вроде бы даже в баскетбол. Последнее представить трудно, но, возможно, в детстве и юности Вилли еще немного видел, различал какие-то контуры, цвета, тени.

Но как он пришел к музыке?

В биографии Блайнд Вилли МакТелла, довольно сумбурно изложенной Майклом Грэем (Michael Gray), – Hand Me My Travelin’ Shoes: In Search of Blind Willie McTell. Chicago Review Press, 2009 ― отмечается, что свое первое музыкальное воспитание Вилли получил от матери, которая неплохо играла на гитаре и выучила каким-то аккордам своего сына. Сообщается также, что Вилли учился игре на гитаре у некоего Степлтона, выходца из того самого городка, в котором Вилли прожил с матерью свои первые годы. Кроме гитары, Вилли учился играть на гармонике и еврейской арфе, которая была удобной для начинающего музыканта. Как и всякий обитатель Юга, Вилли с младенчества был прихожанином церкви и исправно участвовал в литургии. В Стэйтсборо, кроме церковного хора, он мог слушать еще и орган, а в доме Эллисов наверняка было пианино: в те времена музыкальное воспитание детей в зажиточных семьях было обязательным. С 1916 года в городе стали появляться первые граммофоны, и можно предположить, что таковой был и в семье Эллисов, так что Вилли мог слушать пластинки. Записей традиционных блюзов в десятые годы ещё не было, но были регтаймы, и они были очень популярными в южных штатах и в своё время оказали большое влияние на всю юго-восточную блюзовую традицию, в том числе на стиль и репертуар Блайнд Вилли МакТелла…

Что касается непосредственно блюзов, то к двадцатым годам Вилли мог их слышать, посещая различные шоу, с которыми в город прибывали гастролирующие артисты. Наверняка в Стэйтсборо бывала Гертруда «Ма» Рэйни (Gertrude “Ma” Rainey, 1886-1939) со своими the Rabbit Foot Minstrels. Приезжали и другие артисты, в частности цирковое шоу Джона Робинсона (1802-1888) – the John Robinson Circus Show. В этом шоу были задействованы торговцы, танцоры, певцы, музыканты, в аттракционах участвовали животные, включая слона… Всё это перемещалось по городам и весям Юга, забавляя и развлекая публику, которая не жалела на это денег… За такими шоу и старался увязаться Вилли.

«Я убегал и скитался повсюду: куда только мог добраться без денег. Я следовал за этими шоу всюду, пока не начал взрослеть», – вспоминал Блайнд Вилли МакТелл о годах своей юности.

Взросление Вилли происходило стремительно и завершилось в декабре 1920 года, когда скоропостижно умерла Минни Дорси. Вилли остался один и должен был зарабатывать на жизнь. Кроме того, на его попечении был младший сводный брат. Поэтому музыкальные странствия уступили место бутлегерству: Вилли стал гнать виски, и, судя по всему, не без успеха. В своих поздних интервью МакТелл признавался, что «все еще умеет делать хорошую выпивку» («I make pretty good booze») (Michael Gray, p.152).

С 1922 по 1925 год Вилли учился в Академии для слепых штата Джорджия (Georgia Academy for the Blind), находящейся в городе Мэйкон (Macon, GA). Именно в этом заведении Вилли получил более-менее системное музыкальное образование, отточил технику игры на гитаре и расширил свой репертуар. По окончании учебы он вернулся в Стэйтсборо.

В 1925 году Блайнд Вилли уже был известным в городе музыкантом, его приглашали на вечеринки, на различные праздники, позволяли играть на крыльце the Jaeckel Hotel, в здании которого сегодня размещается City Hall, и в других «престижных» местах, так что, когда в октябре 1927 года в Атланту прибыла выездная команда Victor во главе с Ральфом Пиром (Ralph S. Peer, 1892-1960), Вилли отправился в столицу Джорджии на свою первую звукозаписывающую сессию. И с этого времени его жизнь была тесно связана с Атлантой.

 

…Рассуждая о Блайнд Вилли МакТелле, блюзовые специалисты всякий раз подчеркивают его беспримерную игру, справедливо ставя Вилли на одно из первых мест (или даже на первое) среди мастеров двенадцатиструнной гитары; в документальных и образовательных фильмах известные музыканты-просветители вроде Стефана Гроссмана (Stefan Grossman) с успехом демонстрируют сложную технику и манеру исполнения Вилли, для большей доходчивости повторяя её перед камерой… Все это, конечно, хорошо, полезно и убедительно. Но когда мы слушаем блюзы Вилли, слушаем «Stole Rider Blues», «Writing Paper Blues», «Three Women Blues», конечно, «Statesboro Blues» и другие его исторические записи, то тотчас убеждаемся, что главное у Блайнд Вилли МакТелла ― его невероятный голос. Вот что составляет основную и непреходящую ценность этого великого сингера! Безусловно, гитарист он превосходный, одаренный, виртуозный, действительно, быть может, лучший среди мастеров двенадцатиструнной гитары, но его игра ― всего лишь аккомпанемент, мастерское и гармоничное сопровождение бесподобного вокала, повторить который ― тщетно. Даже если бы Вилли играл на гитаре во сто крат хуже или не играл бы на ней вовсе и, подобно великому техасцу Тексас Александеру (Alger “Texas” Alexander, 1900-1954), привлекал бы аккомпаниатора, ― он все равно бы остался в блюзовой истории великим и непревзойденным сингером.

Всего этого Блайнд Вилли МакТелл добился, проживая в Стэйтсборо ― главном городе в его жизни! Здесь он вырос, выучился грамоте, стал музыкантом… И там же, в северо-восточной части Стэйтсборо, на Eastside Cemetery, похоронена его мать – Минни Дорси.

А от МакТелла, как бы в благодарность городу, когда-то приютившему их, ― осталась одна из самых замечательных его песен. Так великий музыкант, обессмертил своим талантом этот небольшой городок, до которого без Блайнд Вилли МакТелла нам, скорее всего, не было бы никакого дела…

 

 

Wake up mama, turn your lamp down lo-ow…

Wake up mama, turn your lamp down low…

Have you got the nerve to drive Papa McTell from your door?

 

My mother died and left me reckless,

My daddy died and left me wild, wild, wild…

Mother died and left me reckless,

Daddy died and left me wild, wild, wild.

Lord I’m not good looking, but I’m some sweet woman’s angel child.

 

She’s a mighty mean woman, do me this-a-way…

She’s a mighty mean woman, do me this-a-way.

When I leave this town, pretty mama, I'm going away to stay.

 

I once loved a woman, better than even I'd ever seen…

I once loved a woman, better than even I'd ever seen.

Treated me like I was a king and she was a doggone queen.

 

Sister, tell your brother, brother tell your auntie now…

Auntie tell your uncle, uncle tell my cousin now, cousin tell my friend…

Goin' up the country, mama, don't you want to go?

May take me a fair brown, may take me one or two more.

 

Big Eighty left Savannah, Lord, it did not stop…

You oughta saw that colored fireman when he got that boiler hot.

You can reach over in the corner, mama, and hand me my traveling shoes,

You know by that, I've got them Statesboro blues…

 

Mama, sister got 'em, auntie got 'em,

Brother got 'em, friend got 'em, I got 'em…

I woke up this morning, I had them Statesboro blues.

I looked over in the corner: grandpa and grandma had 'em too…