15. Кристал Спрингс (Crystal Cprings, MS) – город Томми Джонсона (Tommy Johnson)

Томми Джонсон. Скорее всего, единственная дошедшая до нас фотографияКристал Спрингс находится вне Дельты, но слава этого города из Копайя-каунти (Copiah County) не уступает известным блюзовым столицам, потому что Кристал Спрингс – город Томми Джонсона (Tommy Johnson, 1896-1956), одного из величайших блюзовых гитаристов и сингеров, оставившего после себя не только бесценные песни, но и целую школу последователей, которые во многом сформировали блюзовую сцену Джексона (Jackson, MS). С тех пор как примерно в 1914 году Томми, вернувшись из Дельты, привез в Кристал Спрингс несколько чудных песен – блюз уже никогда не покидал этот город.

Кристал Спрингс дал множество блюзовых музыкантов, имена которых дошли до нас благодаря книгам Дэвида Эванса (David Evans) — Tommy Johnson (London: Studio Vista. 1971) и Big Road Blues (Da Capo Press. Berkeley, 1982). Можно заглянуть и в главу о Томми Джонсоне в первом томе «Пришествие блюза»: музыканты из Кристал Спрингса представлены там довольно широко.

В городе, кроме Томми, жили и его братья – Мейджор (Mager Johnson, 1905-1986), Лидейлл (LeDell Johnson, 1892-1972) и погибший еще в 1942 году Клэренс (Clarence Johnson, ? -1942) – все были музыкантами. Проживали здесь и братья Уиллис (Теодор, Хирэм, Конли и Мотт), и братья Тэйлоры (Уиллис и Чарли), и братья Паттерсоны (Джон, Ти Джей и Флойд). Кроме этих семейных бэндов, в Кристал Спрингсе жили Дик Бэнкстон, Джеймс и Норман Толливеры, Джек Янг, Сэм Вулф, Бадди Майлс, Кучи Томас, Хьюстон Стэкхаус, Кэри Мэйсон и другие… Все эти музыканты, родившиеся в десятые или уже в двадцатые годы, составляли молодое поколение блюзменов и сонгстеров из Кристал Спрингса и соседних с ним городов. Они учились у старших, в том числе у Томми Джонсона, путешествовали по Миссисипи и другим южным штатам, общались с другими музыкантами, перенимали опыт у них и друг у друга; кто-то, например Хьюстон Стэкхаус, стал известным, но большинство играли в свое удовольствие или на радость землякам и никогда не записывались…

Родом из Кристал Спрингса и Сэм «Пег Лег» Норвуд ( “Peg Leg Sam”Norwood), которого также называли «Одноногим Сэмом». Он записывался в двадцатые и был довольно известным. В город неоднократно приезжал Блайнд Лемон Джефферсон (Blind Lemon Jefferson, 1893-1929), и его концерты всегда вызывали ажиотаж. Приезжали сюда с концертами и другие музыканты. Вот свидетельство новоорлеанского гитариста, банджоиста и вокалиста Денни Баркера (Danny Barker, 1909-1994), который будучи совсем молодым прибыл однажды в Кристал Спрингс вместе со знаменитым блюзовым пианистом Литтл Бразер Монтгомери (Little Brother Montgomery, 1906-1985):

 

«В тот вечер, около шести часов, мы прибыли в Кристал Спрингс, Миссисипи, переехали железнодорожные пути, спустились с холма и оказались в цветном районе. Мы притормозили у одного кафе, при этом народ, стоявший рядом, с любопытством разглядывал наш маленький форд. Little Brother MontgomeryКогда Литтл Бразер вышел, люди заулыбались и поприветствовали его: там его хорошо знали. Он пожал руку каждому, затем подозвал меня, чтобы представить. Мы вошли в кафе, где встретились с владельцем. А после нас угощали отличной жареной курицей и cat head biscuits. Владелец и Литтл Бразер смеялись и разговаривали. Они планировали вечерние танцы в джуке – в задней части кафе. Времени оставалось мало, и надо было послать нескольких парней, чтобы те пробежались от дома к дому и рассказали, мол, в город прибыли музыканты и ночью будут танцы…

...Когда мы начали играть, просторное заднее помещение уже наполнилось людьми. Все они глядели на нас, широко раскрыв глаза и улыбаясь. После пары танцев вошел шериф, а за ним двое цветных парней, несущих галлоновые (3,78 л – В.П.) сосуды со “smoke” – так называли виски “moonshine”. Они внесли около двадцати галлонов этого “smoke” и поставили их под длинным столом. Затем все приступили к выпивке. Мы играли и играли, а веселье всё нарастало. Шериф присел у двери и наблюдал за нами, пока мы играли. Я видел, как он снял с себя два очень устрашающих пистолета и положил перед собой на стол. Официанты подали ему большое блюдо с жареной курицей и с “cat head”-бисквитами». (Каrl Gert zur Heide. Deep South Piano: the Story of Little Brother Montgomery. London: Studio Vista, 1970, pp.36-37.)

 

В музее Роберта Джонсона, несколько лет назад открытом в Кристал Спрингсе его внуком, – одним из главных экспонатов является старый хонки-тонки, некогда радовавший посетителей местного баррелхауса. Кто только не прикасался к его посеревшим клавишам! Возможно, именно на этом ветхом пианино играл и Литтл Бразер Монтгомери во время концерта, о котором поведал Баркер.

Удивительно, но в городе, известном в мире блюза как город Томми Джонсона, есть музей его прославленного на весь мир однофамильца, в то время как о самом Томми почти ничего узнать нельзя. Хорошо, что недавно у железнодорожного переезда установили памятный маркер…

А вот с захоронением Томми Джонсона – просто беда. Он умер 1 ноября 1956 года и спустя несколько дней был похоронен у церкви Warm Springs Church. Это частная территория, куда доступ закрыт… Мне не известно, есть ли на могиле Томми хоть какой-нибудь знак. И сегодня можно наблюдать странную картину: в городской библиотеке, у входа, в коридоре, стоит надгробный памятник великому музыканту с надписью: «His Songs Live In the Hearts of Millions».

 

 

Это правда: его песни любят и слушают миллионы во всем мире, и еще большее число слушает то, что родилось из песен Томми, и при этом надгробный памятник великому музыканту находится в углу библиотеки…

Конечно, рано или поздно все станет на свои места, в том числе и этот надмогильный памятник, потому что любители блюза едут в Кристал Спрингс со всех концов, и все они хотят поклониться праху великого сингера… Вместо этого их отправляют в… городскую библиотеку.

 

                                                  *     *    *

 

…В начале октября 2008 года мы со Светланой Брезицкой уже в третий раз оказались в Кристал Спрингсе. И всё с одной только целью – разузнать побольше о Томми Джонсоне и, по возможности, найти его могилу… Специально выбрав воскресный день, когда множество жителей участвуют в воскресной службе, мы подошли к одной из церквей в центре города. Дождавшись, когда служба закончится, мы обратились к прихожанке, вышедшей из церкви: не знает ли она кого-нибудь из родственников Томми Джонсона, знаменитого блюзмена, умершего еще в пятидесятые?

Наш вопрос не застал её врасплох. Повернувшись в сторону церкви, прихожанка указала на даму в строгом черном платье, шедшую со службы в сопровождении молодой пары, и пояснила, что это племянница Томми Джонсона.

Вот так! Пяти минут не прошло, как мы прибыли в Кристал Спрингс, а нам навстречу, не спеша, шла дочь Мейджора Джонсона – Мэй Нэлл Бенсон (Mae Nell Benson).

Миссис Мэй Нэлл Бенсон (Mae Nell Benson)Невысокая, седовласая, в черном с широкой белой окаемкой у шеи платье, в белых чулках и белых туфлях, миссис Мэй Бенсон выглядела совершенно особенно, и главным в этой непохожести было её лицо, передающее знакомые черты Джонсонов, прежде всего – раскосые глаза… Мы рассчитывали, что миссис Бенсон расчувствуется и согласится провести с нами какое-то время, поведает об истории своей семьи… Но она молчала, перебирала, словно четки, ключи с большим брелоком, приветливо улыбалась и лишь поправила меня, когда я неверно произнес имя Лидейлла… По всему чувствовалось, что желание доверительно поговорить с нами борется в ней с правилом ни с кем не обсуждать ничего, что касается её семьи, при этом вспомнилось, что и её великого дядю отличало немногословие… Опасаясь, что миссис Бенсон вот-вот попрощается, я торопился сделать хотя бы несколько снимков, и на это она охотно согласилась. Мы спрашивали о месте захоронения Томми, но миссис Бенсон лишь сказала, что доступ на могилу дяди закрыт. Также она ответила, на каком из кладбищ надо искать могилу её отца Мейджора… Еще я успел спросить о ее двоюродной сестре – Элле Ли Хэмптон, свидетельнице последних часов жизни Томми Джонсона, на что миссис Бенсон ответила, что Эллы уже нет в живых… Постояв еще немного рядом с нами, она с еще более извиняющейся улыбкой продолжила перебирать связку с ключами и чаще поглядывать в сторону своей машины, при этом успевая ловить взгляды торопивших её родственников…

 

Кладбище, куда нас направила миссис Мэй Нэлл Бенсон, находится у заново отстроенной церкви New Leadership at New Zion на улице West Piazza. К сожалению, «прочесав» его вдоль и поперек, мы так и не нашли могилу Мейджора Джонсона. Зато была другая встреча… Пока мы рыскали, на дальнем конце кладбища у старого домика вагонного типа вовсю шел воскресный пикник. Вскоре от компании отделился и направился к нам плотно сложенный темнокожий мужчина в длинных шортах и камуфляжной футболке. Сказал, что всю жизнь он прожил у этого кладбища, знает о нём всё и готов нам помочь… Но оказалось, что наш кладбищенский гид – Винс Джонсон (Vince Johnson) – ничего не знает о Мейджоре, хотя имя Томми Джонсона ему говорит о многом…

Хьюстон Стэкхаус– Могу показать, где похоронен Стэкхаус (Houston Stackhouse, 1910-1980), – словно компенсируя неудачу, произнес Винс.

– Хьюстон Стэкхаус! Он здесь?!

– Да, он тут похоронен, – Винс указал на густые заросли в самом конце кладбища, где виднелось несколько надгробий.

Мы тотчас направились туда, но могилу Стэкхауса не обнаружили. Пришлось кричать вдогонку Винсу, чтобы он её показал.

– Да вот там, где ты стоишь, – прокричал он, и только тут я заметил, что сорокапятилетний Винс Джонсон – вылитая копия Хьюстона Стэкхауса, не только лицом, но и всем своим сложением… Но я не успел спросить его об этом сходстве, потому что был поглощен тем, что, оказывается, стою на могиле Стэкхауса, точнее – на месте его погребения, потому что место это никак не отмечено, и где похоронен блюзмен – никто, кроме этого странного Винса, не знает, и, случись что с ним, так и не узнает… (Мы отметили это место небольшим деревянным крестиком.)

А рядом с кладбищем, буквально примыкая к нему, стоит дом Хьюстона Стэкхауса – жалкий, покинутый, необитаемый, уже и полуразрушенный, он поглощается обвившими его буйными южными растениями, ветвистыми деревьями и нещадным временем…

 

 

Когда, спустя год, мы вновь вернулись в Кристал Спрингс, место захоронения Стэкхауса по-прежнему не было отмечено, а памятник Томми Джонсону все так же стоял в библиотечном коридоре… И все так же стояло в самом центре города двухэтажное кирпичное здание с китайским рестораном: когда-то здесь была парикмахерская, перед входом в которую часто играли местные блюзмены, и чаще других – великий Томми Джонсон.

 

                                                     *  *  *

 

В апреле 2014 года, с помощью отзывчивых работниц Сити-холла в Кристал Спрингсе и племяниц Томми Джонсона — Виры Джонсон-Коллинз (Vera Johnson Collins ) и Роузи Мартин Тэйлор (Rosie Martin Taylor), мы побывали на плантации Джорджа Миллера (George Miller plantation), где в 1896 году родился Томми Джонсон, где трудились и проживали его родители и вся семья Джонсонов, и, наконец-то, разыскали место захоронения своего любимого музыканта. Там-то мы и увидели опрокинутый надгробный памятник, стоявший столько лет в библиотеке... Но, главное, мы все-таки теперь знаем, как сюда добраться и с радостью показываем это место всем поклонникам одного из величайших блюзменов всех времен.