18. Грэфтон, Висконсин (Grafton, Wisconsin) и Paramount Records

Тем, чем для битломанов является лондонская Abbey Road Studios, для рок-н-ролльщиков и любителей соул – мемфисские Sun Records и Stax, а для поклонников ритм-энд-блюза – студия Chess в Чикаго, – тем для ценителей подлинного, первородного блюза является студия Paramount… Да что там – Paramount куда важнее, так как был прежде всех! Из глухих стен его студии вышла вся та музыка, которой мир восхищается вот уже без малого век… И как поклонники Джона, Пола, Джорджа и Ринго трепетно переходят по «зебре» к белому невысокому зданию на Эбби Роуд в Лондоне, так и любители блюза приезжают в далекий и крохотный Грэфтон, чтобы постоять на мосту (Falls Road Bridge) через шумную и быструю Милуоки. Они вглядываются в едва видимый полуразрушенный фундамент, на котором некогда стояли могучие стены фабрики, в одном из корпусов которой штамповались тиражи парамаунтских пластинок, а в помещении поменьше, в 1929-1932 годах, были запечатлены музыканты, определившие все основные направления популярной музыки ХХ века…

Paramount – наиболее важный лейбл в истории кантри-блюза, от одного упоминания которого затрепещет всякий ценитель блюза, ведь когда-то на нём были записаны и изданы Чарли Пэттон (Charlie Patton), Блайнд Лемон Джефферсон (Blind Lemon Jefferson), Блайнд Блэйк (Blind Blake), Томми Джонсон (Tommy Johnson), Эдди «Сан» Хаус (Eddie “Son” House), Вилли Ли Браун (Willie Lee Brown), Скип Джеймс (Skip James), Ишмон Брэйси (Ishmon Bracey), «Папа» Чарли Джексон (“Papa” Charlie Jackson), Кинг Соломон Хилл (King Solomon Hill), Эдвард Белл (Edward “Ed” Bell), Блайнд «Вилли» Джо Рейнолдс, Гас Кэннон, Бо Вивил Джексон (Bo Weavil Jackson), Уолтер «Бадди Бой» Хокинс (Walter “Buddy Boy” Hawkins), Рэмблин Томас (Ramblin’ Thomas), Хенри Таунсенд, Джей Ди Шорт (J.D. “Jaydee” Short), Чарли «Дэд» Нельсон (Charlie “Dad” Nelson), Смоки Хэррисон (Smoky Harrison), Вильям Мур (William Moore), Джордж Картер (George Carter), Джек О’Даймонд (Jack O’Diamond), Лонни Кларк (Lonnie Clark), Бамбл Би Слим (Bumble Bee Slim), Блайнд Вилли Дэвис (Blind Willie Davis), великолепная представительница кантри-блюза Луиз Джонсон, фиддлер Хенри «Сан» Симс (Henry “Son” Sims), уникальный блюзовый тромбонист Айк Роджерс (Ike Rodgers), харпер Джордж «Буллит» Вильямс (George “Bullet” Williams), стринг-бэнды Mississippi Sheiks, Memphis Jug Band, Beale Street Sheiks и многие-многие другие…

Каталог Paramount украшают великие блюзвимен – Гертруда «Ма» Рэйни (Gertrude “Ma” Rainey), Люсил Хегамин (Lucille Hegamin), Айда Кокс (Aida Cox), Трикси Смит (Trixie Smith), Эдит Норт Джонсон (Edith North Johnson), Альберта Хантер (Alberta Hunter), Лиола Вилсон (Leola B.Wilson), Элзади Робинсон (Elzadie Robinson), Присцилла Стюарт (Priscilla Stewart), Эдна Хикс (Edna Hicks), Элис Мур (Alice Moore), Содариса Миллер (Sodarisa Miller), Анна Джонс (Anna Jones), Мэри Джонсон (Mary Johnson), Берта Хендерсон (Berta Henderson), Элис Пирсон (Alice Pearson)…

Вот почему лейблу Paramount уделено много места в томах «Пришествие блюза», и мы лишь воспользуемся тем, что представим здесь несколько отрывков из этих книг.

История лейбла начинается в 1900-х годах, когда предприимчивые люди из мебельной фирмы The Wisconsin Chair Company в городе Порт-Вашингтон, штат Висконсин (Port Washington, Wisconsin), решили, кроме шкафов, стульев и тумбочек, изготавливать еще и деревянные корпуса фонографов для набирающей мощь Edison Company. Специально для этой роли внутри фирмы было создано отделение. Корпуса исправно поставлялись для Edison Company, но уже через несколько лет всё те же предприниматели из Wisconsin Chair решили сами изготавливать звукоизвлекающие агрегаты. Так, в конце 1915 года компания основала дочернее предприятие – The Northern Couch Company – для производства фонографов. Выпуск проигрывателей под маркой Vista продолжался несколько лет, но затея оказалась нерентабельной, после чего решили заняться пластинками, и в 1917 году были созданы дочерняя New York Recording Laboratories Incorporated и при ней лейбл Paramount. Завод по производству пластинок разместился на берегу реки Милуоки в городе Грэфтон, штат Висконсин, недалеко от штаб-квартиры компании в Порт-Вашингтоне. До конца двадцатых Paramount не имел своей студии и производил запись своих артистов в частных студиях Нью-Йорка и Чикаго на заказ, после чего штамповал пластинки с уже готовых матриц на своём производстве в Грэфтоне. И только к осени 1929 года руководство компании решило обзавестись собственной студией, оборудовав её в Грэфтоне, рядом со штамповочным цехом, на втором этаже одного из корпусов мебельной фабрики.

Великая Депрессия привела к фактическому закрытию компании в 1932 году. Большая часть металлических матриц (metal masters) Paramount была продана по цене металлолома. Существует миф, будто работники, в знак протеста против закрытия компании, выбросили в окно множество оригинальных матриц прямо в Милуоки. Легенда эта настолько овладела умами, что несколько лет назад тут появились водолазы, которые исследовали дно у руин бывшей фабрики. Поныряв, они так ничего и не нашли… Признаюсь, я и сам с некоторой надеждой спустился к реке и подобрался по выступающим из реки камням вплотную к фундаменту бывшей фабрики. Река здесь быстротечная, шумная, но глубиной по колено: как тут можно что-то искать и не найти? Я спросил об этой истории местную активистку блюзовой истории, и она ответила коротко: «Плохо искали!»…

Грэфтон – уютный, чистый, ухоженный городок с десятью тысячами жителей, центральные улицы которого блистают безупречно вымощенными тротуарами, отремонтированными или отстроенными заново зданиями, несколькими кафе и ресторанами, парикмахерскими и сувенирными магазинами, так что глаз радуется: настоящий туристический центр! Так оно и есть. Туристов здесь бывает множество. Особенно в дни блюзовых фестивалей, когда сюда прибывают любители и музыканты и на какое-то время город превращается в блюзовый центр штата Висконсин или даже всего севера Америки. Прибывшие прогуливаются по городу, посещают бары, кафе и рестораны, раскупают памятные сувениры и обязательно спешат к тому месту, где когда-то находился цех по производству пластинок и студия звукозаписи…

В самом центре города, рядом с пока еще не отреставрированным отелем «Grafton», горожане, при активной поддержке общественности, возвели Аллею блюзовой славы (the Walk of Fame). Тротуар в этом месте инкрустирован в форме фортепианного регистра, и на черных клавишах выгравированы имена великих блюзовых и джазовых музыкантов, в свое время издававшихся на Paramount Records и потому вошедших в историю города. Пока на Аллее отмечены Блайнд Блэйк, Чарли Пэттон, Джо «Кинг» Оливер, Эдди «Сан» Хаус, Луи Армстронг, Джорджия Том Дорси, Скип Джеймс, Лемон Джефферсон, Хенри Таунсенд и Гертруда «Ма» Рэйни… Венчает Аллею фонтан, в центре которого возведена скульптурная композиция, состоящая из трех музыкантов: корнетиста, гитариста и певицы.

Но… Каково здесь было в те времена, когда на полную мощь работал завод по производству пластинок, с сотней работников, а в одном из его помещений на втором этаже периодически записывались музыканты? При этом мы ведем речь не просто о музыкантах, а о тех, кого записывали для race records: о черных блюзменах далекого Юга. Каково было им оказаться в Грэфтоне? Каким виделся им этот город и какими видели их, музыкантов, предки нынешних жителей, возведших Аллею славы в центре города? Вот что интересно и вот что важно!..

…Черные музыканты с Юга прибывали на электричке (Interurban Railway) из Милуоки или Чикаго, сходили на местной станции, затем в сопровождении работников студии проходили несколько сот метров до корпусов мебельной фабрики и всё время находились уже там. Ночевали они в основном в Милуоки, в общежитии для черных, но, если верить Сан Хаусу, иногда их поселяли в небольшой местный отель. Видимо, в Bienlein Central Hotel, расположенный на 12th Avenue на втором этаже дома, где нынче ресторан.

На центральной улице в центре Грэфтона до сих пор благополучно функционирует фотоателье, где прибывавших на сессии блюзменов с Юга фотографировали для рекламы продукции Paramount. Именно там были сфотографированы Блайнд Блэйк, Лемон Джефферсон и Чарли Пэттон, благодаря чему мы хоть имеем представление об их внешности.

Расовой дискриминации в Грэфтоне не было по причине полного отсутствия в городе черного населения. Каких-либо контактов местных жителей с прибывшими музыкантами не возникало, если не считать контакты производственные, происходившие внутри студии, так что и антагонизма быть не могло. Если что и было – так это удивление, потому что часть жителей Грэфтона, в основном дети, черных людей не видели вовсе… Блюзмены приезжали, записывались и навсегда уезжали, и их никто особенно не замечал, поэтому ходили слухи, будто загадочных музыкантов с Юга привозят и увозят на студию по ночам… А после 1932 года, когда The New York Recording Laboratories обанкротилась, здесь вообще никто из черных музыкантов не появлялся, и память о них, даже та, которая у кого-то и имелась, почти полностью стерлась, выветрилась, испарилась… Местное население, включая работников фабрики и рабочих прессовочного цеха, блюзами никогда не увлекалось, плясало под польку и слушало, в лучшем случае, Джина Отри (Gene Autry). Их музыкальная культура существенно отличалась от той, которая ими же производилась миллионными тиражами в их же родном городе! Поразительно, но почти все те жители Грэфтона, что покоятся на местом кладбище, ушли из жизни в полном неведении о каком-то блюзе Дельты, о том, что город, в котором они прожили жизнь, станет столь значимым и почитаемым местом и что памятник в центре их родного Грэфтона воздвигнут не местному аккордеонисту-виртуозу, а неведомому черному сингеру из далекого южного штата, когда-то оказавшемуся здесь и спевшему в обитой войлоком комнате свои южные песни!..