50. Эбердин, Миссисипи (Aberdeen, MS) — город Букки Уайта (Bukka White) и его могила в Мемфисе (Memphis, TN)

Восточная часть штата Миссисипи связана с именами таких блюзменов, как Биг Джо Вильямс, Честер Барнет (он же Хаулин Вулф) и Букка Уайт. Все трое получили широкую известность в шестидесятые, во времена Фолк-Возрождения, когда их наперебой приглашали в туры по Америке и Европе, а также активно записывали и издавали на пластинках.

О Букке Уайте написано в третьем томе Пришествие блюза. Писать что-либо о нём непросто. По словам Джека Хёрли и Дэвида Эванса, «Букер обладает живым воображением, отражающимся в его блюзовой лирике и в рассказах о себе: его автобиография – это последовательность легенд, в которых он – главный герой, центр осмысления и воображения».

Так, в своих Воспоминаниях о Чарли Пэттоне (Remembrance Of Charlie Patton), которыми Букка поделился при записи альбома для Takoma Records в 1963 году, он трогательно поведал, как когда-то его, грудного ребенка, заботливый Чарли поил виски чайной ложечкой… А позже блюзмен уверял, что никогда в жизни не видел Чарли Пэттона. Также Букер однажды заверил, что именно от него Сан Хаус выучился игре слайдом...

Букка Уайт о себе как-то сказал: «Я люблю поболтать и хорошенько провести время. Я как рыба: вытащите её из воды, положите на бережку, на солнцепеке, – и она очень скоро высохнет. Я такой же! Если не поместить меня куда-нибудь, где б я повеселился, я долго не проживу».

Между тем годы Великой Депрессии он, по его же словам, провел в борьбе за выживание, причем в прямом и переносном смысле, так как, кроме периодического занятия фермерством, Букка еще зарабатывал американским футболом и профессиональным боксом на аренах Сент-Луиса, Кливленда (Cleveland, OH) и Чикаго. Не забросил и гитару – играл на вечеринках, в джуках, в барах, а то и просто на углах улиц в Вест-Пойнте (West Point, MS) или в Эбердине (Aberdeen, MS), неподалеку от мест, где когда-то родился... В 1937 году Букера отыскал Биг Билл Брунзи, который привлекал таланты для Лестера Мелроуза (Lester Melrose), чикагского продюсера и издателя. В сентябре 1937 года Мелроуз записал его «Pinebluff Arkansas» и «Shake ‘Em On Down», а также дал блюзмену новый псевдоним – Букка. Тираж вышедшей пластинки достиг 16 тысяч копий, и Букка был готов к новым записям, но кого-то застрелил и сел в тюрьму.

 

«Мне пришлось немного подпалить одного парнишку, и мне дали небольшой срочок в Парчман ФармОни относились ко мне, как к самим себе… Прозвали меня Баррелхаусом… То времечко было лучше, чем дни, проведенные на воле… По воскресеньям приходили девочки и брали меня “прокатиться”. Привозили покушать, торты!.. Я там стал знаменитым!.. И слишком важным, чтобы они меня выпустили… И когда я все-таки выбрался, то почувствовал, что уже готов пристрелить еще кого-нибудь!.. Я был там, когда приезжал мистер Ломакс. И я понял, что сейчас лучше давать, чем получать, и исполнил несколько вещей для него…»

 

В то время двадцатипятилетний Алан Ломакс, как и его отец, считал, будто основной фольклор чёрных хранится в тюрьмах американского Юга вместе с их обитателями. Это убеждение позволило фольклористам записать для Архива народных песен Хьюди Ледбеттера, Букку Уайта и еще нескольких сидельцев, имён которых они даже не фиксировали, но вместе с тем они, со своей мобильной аппаратурой, проехали мимо наиболее значительных персон кантри-блюза, "оставив" их коммерсантам из звукозаписывающих компаний. К тому же у фольклористов не было достаточно средств, чтобы конкурировать с воротилами музыкального бизнеса. Вот и в мае 1939 года Алан приехал в Парчман Фарм с благими намерениями, но с пустыми карманами… Прознав, что Ломаксу нечем платить, Букка спел (для истории!) пару простеньких песенок (не блюзов!) – «Sic ’Em Dogs On» и «Po’ Boy» – и вернулся на нары. На Ломакса Уайт также не произвел впечатления: в его книге The Land Where The Blues Began Букка не упоминается вовсе, хотя о главной миссисипской тюрьме написано много…

Главным музыкальным событием в жизни Букки Уайта стали две звукозаписывающие сессии, состоявшиеся ранней весной 1940 года в Чикаго. (Ради них Мелроуз вытащил Букку из тюрьмы гораздо раньше срока.) Тогда были записаны двенадцать треков для обновленных лейблов OKeh и Vocalion. При записи блюзмену помогал известный мастер игры на стиральной доске Уошборд Сэм (Robert Brown “Washboard Sam”). Половина записанного материала – примитивные блюзовые стандарты, которые попросту скучны… Зато «Parchman Farm Blues», «Good Gin Blues», «Fixin’ To Die Blues», «Aberdeen Mississippi Blues», «Bukka’s Jitterbug Swing» и, наконец, «Special Stream Line» – самые настоящие блюзы Дельты, с тем самым фантастически обаятельным свингом-раскачиванием, который обеспечил ему всемирную славу. Целых шесть блюзов, исполненных один за другим! Прислушайтесь: в них всё лучшее, что привнесли в блюз Чарли Пэттон, Томми Джонсон, Вилли Ли Браун, Эдди «Сан» Хаус и сотни других стариков, имен которых до нас не донесла блюзовая история. В этом смысле Букка Уайт – их подлинный и законный наследник, что он и доказал в шестидесятые, неожиданно для себя вернувшись на сцену. Предельно суровый, даже грозный, он своим рёвом и жестким драйвом на желтоватом полихромовом National Triolian, по которому нещадно бил слайдом, вызывал дрожь и оторопь у юных белых слушателей, которые буквально вжимались в кресла, спасаясь от гневного рыка старого блюзмена… Признаюсь, что именно глядя на игру Букки Уайта на National Triolian я стал относить этот тип гитар к мужскому роду.

 

 

I was over in Aberdeen on my way to New Orleans.

I was over in Aberdeen on my way to New Orleans.

Them Aberdeen women told me they will buy my gasoline.

 

They’s two little women that I ain't never seen.

They has two little women that I ain’t never seen.

These two little women they’s from New Orleans.

 

I’m sitting down in Aberdeen with New Orleans on my mind.

I’m sitting down in Aberdeen with New Orleans on my mind

Lord, I believe these Aberdeen women gonna make me lose my mind.

 

Aberdeen is my home, but the mens don't want me around.

Aberdeen is my home, but the mens don't want me around.

They know I will take these women and take them out of town.

 

Listen, you Aberdeen women, you know I ain't got no dime.

Oh-oh listen, you women, you know I ain't got no dime.

They even has the poor boy all hobbled down.

 

                             *  *  *

 

Заехал я как-то в Эбердин, по дороге в Новый Орлеан...

Наведался в Эбердин, по пути в Новый Орлеан:

эбердинки эти уж очень желали

                купить моего горючего!

 

И были там две стройные красотки: впервые их видел...

Пара стройных красавиц, что прежде я не встречал:

               эти крошки приехали из Нового Орлеана.

 

Застрял я в Эбердине, но мечты все – об Орлеане Новом...

Засел в Эбердине, но мечтаю о Новом, об Орлеане:

Боже, уверен, эти эбердинки заставят меня

              обо всем позабыть.

 

Эбердин – мой дом родной, но мужики

здешние невзлюбили меня...

Эбердин – это дом мой, но парни местные не рады мне:

              знают они, увезу я красоток этих из города навсегда.

 

Слушайте, вы, эбердинские женщины, знаете же,

              что нищий я...

О-о слушайте, женщины, видите же, что нет денег у меня:

              но бедного парня все равно они связали

                                  по рукам и ногам. *

 

Всему блюзовому сообществу известно, что с «Aberdeen Mississippi Blues» связана удивительная история «нахождения» Букки Уайта в начале шестидесятых.

Молодой в то время музыкант, исследователь кантри-блюза и студент Калифорнийского Университета в Беркли Джон Фэхей (John Fahey), а также его партнер и приятель Эд Денсон (Ed Denson) предприняли бесхитростную попытку разыскать Букку Уайта, блюзами которого они восхищались. Не имея никакого представления о том, где пребывает блюзовый сингер и жив ли он вообще, они написали ему письмо, в котором предложили встретиться, на конверте надписали: «Booker T. Washington (Old Blues Singer), c/o General Delivery, Aberdeen, Mississippi.», после чего бросили в почтовый ящик... И письмо дошло до адресата, потому что в Эбердине знали, кто такой Букер Ти Вашингтон Уайт, и переправили письмо ему в Мемфис, и Букка отозвался...

Удивительная история, благодаря которой старый блюзмен оказался в центре внимания специалистов и любителей блюза и в продолжение полутора десятка лет радовал публику своими выступлениями и пластинками.

Конечно, его записи времен Фолк-Возрождения – бледная тень того, как играл Букка в тридцатые-сороковые, но и эта тень нам дорога, потому что без неё нам было бы труднее представить Дельту и её живой, неумирающий блюз…

                                                          *   *   *

 

На представленных фотографиях, сделанных в 2006, 2007 и 2009 годах, можно увидеть центр миссисипского Хьюстона, неподалеку от которого родился Букер Ти Вашингтон Уайт, и Эбердин, расположенный в тридцати милях восточнее Хьюстона и увековеченный Буккой в его бессмертном блюзе. В самом центре этого города, там где Западная и Восточная Commerce Street пересекается с Южной и Северной Meridian Street, на тротуаре у этого самого оживленного в городе перекрестка, у разрисованной белой стены, Букка часто играл и пел свои блюзы.
 

Мы также представляем фотографии его скромного надмогильного камня на New Park Cemetery в Мемфисе, в котором великий блюзмен прожил свои последние годы.

 

* Перевод Светланы Брезицкой