54. Хейзелхёрст, Миссисипи (Hazlehurst, MS): город, в котором родился Роберт Джонсон (Rober Johnson)

 Всё туманно у Роберта Джонсона, всё неопределенно... Смерть, жизнь, поступки... и даже его блюзы — казалось бы, самое очевидное и ясное — тоже вызывают много вопросов и много споров. И само рождение блюзмена также окутано тайной и до конца не ясно. Что ж, загадочность — не так уж и плохо для музыканта!

В мае 2011 года блюзовая общественность отметила столетнюю годовщину со дня рождения Роберта Лироя Джонсона (Robert Leroy Johnson). Особенную гордость от этого события испытывали жители миссисипского Хейзелхёрста (Hazlehurst, MS), и еще более особенную — белые блюзовые активисты города, которые за последнее десятилетие многое сделали для увековечивания памяти о своём всемирно известном земляке. Они воссоздали только им ведомую картину рождения трагически ушедшего в 1938 году гитариста и сингера, обставили её необходимыми атрибутами, в итоге — город, никогда не игравший особенной роли в жизни Роберта Джонсона, стал восприниматься как его отчий дом. Теперь никакой любитель блюза, если только он настоящий, не обойдет стороной этот неприметный городок на старой хайвей 51, в тридцати милях южнее Джексона, столицы Миссисипи.

До 1912 года в этом штате, кажется, не выдавали свидетельств о рождении (birth certificates), и потому найти точные документы о рождении Роберта Джонсона не удается по сей день. Но специалисты, имея на то достаточные основания, договорились, что блюзмен родился 8 мая 1911 года именно в Хейзелхёрсте.

Его мать — миссис Джулия Мейджорс Доддс (Julia Majors Dodds) к моменту рождения Роберта уже имела десятерых детей! Она была замужем за Чарльзом Доддсом (Charles Dodds), удачливым торговцем мебелью и землевладельцем. «Удачливым», потому что, во-первых, чета позволила себе рожать одного за другим детей; во-вторых, потому что бизнес Чарли стал объектом вожделения местных белых. В 1909 году Чарли был вынужден бежать из Хейзелхёрста и вообще из Миссисипи, преследуемый местными богатыми и влиятельными расистами братьями Марчетти (Marchetti), которые намеревались его линчевать. Спасаясь, Чарли бежал в Мемфис, говорят переодевшись женщиной, и там, опасаясь преследований, сменил фамилию и имя... Джулия на какое-то время осталась в Хейзелхёрсте и постепенно переправляла детей мужу...

Между тем одиночество, даже временное, оказалось для миссисипской женщины слишком суровым испытанием, и она его скрашивала обществом некоего Ноя Джонсона (Noah Johnson). От него-то и родился Роберт.

Ной Джонсон на месте не сидел, и вместе с ним перемещалась по штату Джулия с двумя маленькими детьми, включая Роберта... Так что ненавистный Хейзелхёрст, вместе с Марчетти и прочими, она оставила очень-очень давно... Жалко, наверное, только было покидать добротный большой дом, в котором так все было славно...

Вот и вся история Роберта Джонсона с Хейзелхёрстом, который, если уж честно, был бы достоин самой худшей славы. Но так обычно и складывается: сначала гонят, сживают со свету, а потом, по прошествии времени, чествуют, ставят памятники, гордятся... Вот и в центре Хейзелхёрста, прямо напротив здания суда, установили стелу в честь рождения в городе великого музыканта ‒ Роберта Джонсона. Тут и исторический маркер, и лавочка... Само здание суда также историческое: в нём Роберт Джонсон вроде бы побывал в тридцатые годы, зарегистрировал брак и будто бы даже спел на ступеньках этого солидного учреждения... А еще один маркер поставили у вокзала: сюда Роберт приезжал на поезде, выходил из вагона, шел по улице... А еще надо обязательно побывать на местном кладбище ‒ Hazlehurst Cemetery, ‒ где сингер пел по ночам свои дьявольские блюзы... И от этого кладбища надо пройти немного вниз, по коротенькой Дейл Драйв (Dale Drive), где в одном из домов в самом конце этой улочки всё еще живут потомки ненавистных братьев Марчетти, из-за которых Чарли Доддс вынужден был покинуть злосчастный город...

Но с другой стороны, ведь, если бы не эти проклятые расисты, Джулия бы ни за что не сошлась с Ноем Джонсоном, и тогда бы у неё не родился сын ‒ будущий всемирно известный блюзмен, прославивший и её саму, и весь этот Хейзелхёрст, до которого нам не было бы никакого дела...

Дом, в котором некогда проживала семья Чарльза Доддса и в котором Джулия родила Роберта, когда-то стоял на северо-западной окраине города. Прямо на том месте, через которое должна была пройти новая федеральная трасса номер 55, тянущаяся от Чикаго до Нового Орлеана. Дом каким-то чудом не разрушили, и он десятилетия простоял в зарослях. И нашлись энтузиасты, которые этот дом подлатали и перенесли в надежное место, договорившись между собой, что месторасположение его останется тайной до поры до времени. И вот в октябре 2008 года дом торжественно перевезли в центр города на St.Lowe Street, о чем снят видеоролик...

 

Мы со Светланой Брезицкой увидели этот исторический дом спустя год, в сентябре 2009-го. Бюро культурных связей Копайя-каунти (The Copiah County Office of Cultural Affairs), вступившее в права собственника домом Роберта Джонсона, и миссис Джанет Шрайвер (Janet Schriver), исполнительный директор этого бюро, прилагали максимум усилий, чтобы заработать деньги, необходимые для реставрации. Для этого замышлялись концерты и другие мероприятия. По окончании восстановительных работ в доме планировали открыть Музей Роберта Джонсона.

Нам удалось сделать несколько фотографий дома на стадии его восстановления.

Какова дальнейшая судьба дома Роберта Джонсона ‒ мне не известно, потому что с тех пор я в Хейзелхёрст не заезжал. Надеюсь, что он восстановлен полностью и к нему не иссякает поток туристов и любителей блюзов...