Из моей фонотеки

Folk

Здесь мы обратим внимание на героев англо-американского фольклора двадцатых и тридцатых годов прошлого столетия, которых мы в наших книгах о послевоенном Фолк-Возрождении обошли стороной...

Gospels, Spirituals, Sermons...

К счастью, звукозаписывающие компании успели запечатлеть бесценные образцы религиозного песнопения, как «черного», так и «белого», благодаря чему они дошли до нас вместе с полузабытыми именами поющих проповедников-реверендов и их прихожан... 

Blues

В этом разделе — пластинки, записанные и изданные (или переизданные) в разное время различными лейблами, в том числе выходившие в «race series». Сверхраритетов у меня нет — они слишком дорогие в цене, — но кое-что всё же имеется...

Jazz

Здесь мы представим в основном пластинки, записанные и изданные в первые десятилетия прошлого века, когда джаз был молодым. Но будем также обращаться и к тридцатым годам, и к сороковым...

Classical music

Представляя пластинки вековой давности, с их шумом, треском, нескончаемым гулом и искажениями, я призываю к усилию сделать хотя бы несколько шагов к великому и непостижимому Прошлому, которое на самом деле никакое не прошлое...

World Music

Мир музыки сказочно богат и разнообразен. Быть может, он самый необъятный на нашей планете, потому что нет немузыкальных народов и нет немузыкальных стран. И то, что мы представим в этом разделе, — лишь тысячная или даже миллионная часть этого непостижимого мира...

Сylinders

Несмотря на временнýю и пространственную отдаленность, завораживающий звук фонографа кажется очень знакомым, близким и осязаемым: он не просто рядом, он – у вас в руках, в ваших ладонях…

Popular Songs and Melodies

Название говорит само за себя, и какой-нибудь великодушный любитель музыки включил бы сюда все другие разделы этой рубрики, ну, быть может, за исключением Gospels, Spirituals, Sermons... И, знаете, был бы не очень далек от истины...

marca-1.jpgВ этой рубрике мы представим часть наших музыкальных источников, главным образом пластинки на 78 rpm, и это станет дополнением к нашим книгам о музыке. Надеюсь, рубрика привлечет большее внимание к героям наших книг, а также позволит обратиться к музыкантам, которых мы обошли вниманием, но которые нам дороги. 

Разделяя музыку по жанрам folk, gospel, blues, jazz, нам понятна условность подобного разделения: кантри-блюз это тот же фолк, а джаз, особенно ранний (да, пожалуй, и поздний), это всё тот же блюз; многие белые фолксингеры и олд-таймеры прошлого — самые настоящие блюзмены, а аккомпаниаторы великих чёрных блюзвимен — не кто иные, как классические джазовые музыканты. А сами блюзвимен кто?!.  В религиозной музыке подобных условностей, кажется, должно быть меньше, но... Нам ведь известны примеры, когда чёрные блюзмены в будущем становились проповедниками, а, бывало, некоторые из них счастливо сочетали субботние вечеринки с воскресной проповедью. Мы также знаем белых сельских сингеров, исполнявших как светские, так и религиозные песни. А что такое любимейший всеми новоорлеанскими джазменами «When The Saints Go Marching In»?

Добавлю, что никакой системы в размещении материала нет, как нет и предпочтений: все пластинки мне одинаково дороги...  

 

 

Моё отношение к музыке, которую принято называть классической или академической, утилитарное и выразить его можно двумя словами: наслаждение и любопытство. Этого оказалось достаточно, чтобы за полтора десятка лет у меня скопилось несколько тысяч виниловых пластинок классики: главным образом добаховской поры, самого Баха, а также исполнителей (вокалистов и инструменталистов), которых принято считать выдающимися или даже великими. В последние годы к винилу добавляется шеллак, потому что, когда при розысках фолка, блюза, музыки госпел и раннего джаза попадаются шедевры классической музыки, – не переступать же через них! Так в моём собрании стали появляться образцы «классики», на которые я всё больше и больше «подседаю» (если это слово уместно) и в поиск которых мы со Светланой Брезицкой всё больше вовлекаемся… Отсюда желание поделиться своими находками и страничка Classical Music.

Всё тоже самое можно сказать и о страничке World Music (Музыка мира), добавив лишь, что представленное в этом разделе, — тысячная или даже миллионная её часть. Но нам это важно для того, чтобы англо-американская музыка, которой мы всецело увлечены, оставалась для нас не в центре, но в контексте этого общемирового чуда. Тогда и она будет нам ближе и понятнее.

С начала 2019 года мы также открываем страничку Cylinder в уверенности, что она не окажется лишней, напротив – станет уместным и гармоничным дополнением ко всей рубрике. Известно, что для искушенных любителей музыки на всякий музыкальный жанр имеется «своя» звуковоспроизводящая техника, выдающая качество звука, соответствующее тем или иным представлениям о нём, при этом у каждого из нас свои запросы и аргументы, которым нельзя возражать, поскольку все мы, к счастью, очень разные… Для более чем вековой давности цилиндров существует лишь одна звуковоспроизводящая техника – столь же старинный испытанный фонограф. Он выдает звучание столь характерное, особенное и от всего прочего отличное, что, кажется, уже совсем не важно, к какому жанру относится музыка, извлекаемая фонографом из цилиндра, – вся она как минимум любопытна.     

  

                                                                      *  *  *

 

Общеизвестно, что специалисты, используя современные технологии, добились немыслимого прогресса в области восстановления и реставрации грамзаписей прошлого. Ветхие шеллаковые пластинки, переиздаваемые сегодня ведущими фирмами грамзаписи на современных носителях, зазвучали так, словно были записаны только вчера. В результате — голоса и инструменты великих музыкантов прошлого предстают в «неописуемом блеске», вызывая неподдельное восхищение у современного потребителя.

Противостоять веку глупо и бессмысленно, но, разделяя радость по поводу неостановимого прогресса в области реставрации грамзаписей прошлого, как раз вот этого «неописуемого блеска», в коем утопает сегодня едва ли не каждый звук (иначе он недостижим современному слуху), и хочется избежать. Дело в том, что в добросовестной «очистительной» работе, с привлечением современных компьютерных технологий, вместе с пресловутыми щелчками и прочим нетерпимым нынче шумом вычищается священная пыль ― едва ли не единственная живая субстанция, формирующая наше представление о времени, и вместе с этой пылью нещадно вычищается главное: сама Музыка. Нетленные голоса и чарующие звуки инструментов великих героев прошлого выхватываются, изымаются, извлекаются из своего (из их!) времени, мастерски адаптируются под избалованное ухо современника, после чего переносятся сюда, к нам, поближе, поудобнее… Переносятся такими, какими нам их легче и проще расслышать.

Представляя пластинки вековой давности, со всеми их шумами, трескотней, нескончаемым гулом и искажениями, с той самой священной пылью, я, напротив, призываю к усилию сделать хотя бы несколько шагов к великому и непостижимому Прошлому, которое на самом деле для нас никакое не прошлое...

 

Записи для этой рубрики будут производиться с помощью легендарной в Америке вертушки, которая когда-то массово выпускалась для средних школ и которая отличается своей тотальной неприхотливостью. Агрегат сверхнадежный, однако нуждается в трансформаторе из-за разности напряжения в электрической сети Европы и Америки. Но гораздо чаще мы будем прибегать к услугам средств ещё более надежных, стойких и испытанных — граммофона Victrola VV-VI, образца 1923 года и произведённого в Камдене, Нью-Джерси, и тумбового граммофона Neophon, сделанного, по-видимому, в двадцатых годах в Германии. Ну а для цилиндров, главным образом более поздних Edison Blue Amberol Record, у нас имеется чудесный Standard Phonograph Model D образца 1908 года.