Апрелевский з-д, В 10675 /10677. И. С. Козловский

 

                              «Сонце низенько» / «Ой, не шуми луже»

 

 

Иван Семёнович Козловский (1900-1993) 

 

Оркестр Московской госфилармонии под управлением народного артиста СССР Л.П. Штейнберга

 

Rec. Moscow, 1941

 

«...Природа весьма щедро одарила этого везунца из украинского села Марьяновки, что на Киевщине. Дала ему неповторимый, почти что гипнотический голос: прозрачный, серебристый, ровный с красивым нежным тембром свободного верхнего регистра... ...Не зря же Шаляпин, услышав его голос, заметил: "Красиво поёт, сволочь!" Сверх всего Козловский обладал сочной гаммой других артистических качеств, которые в совокупности всегда отличают большого творца от ремесленника, пусть и очень хорошего. А то, что Козловский был творцом крупным, мирового масштаба, сомнению не подлежит. Пройдя длинный и тернистый творческий путь, в продолжении которого семь десятков лет советской власти оказались лишь затянувшимся эпизодом, он умудрился не омрачить своё творчество ни так распространённым в то время восторженным раболепием перед власть предержащими, ни сделками с собственной совестью, ни суетными, мелочными поступками, за которые было бы стыдно перед собой и потомками. Более того, всю жизнь он глубоко верил в Бога и веру эту не предал, несмотря на жёсткое, а порой и жестокое понуждение к тому со стороны партгосверхушки. Единицы могли похвастаться такой кремниевой крепостью духа» (из очерка Михаила Захарчука «Иван Козловский. Самородок из Марьяновки»).

В этом же очерке приводится смелое и образное высказывание Ивана Семеновича: «Баритон перед тенором как ведро перед графином. Хотя и в том, и в другом воду держат».

Ну как тут с ним не согласиться!   

 

  

  

Ой не шуми, луже,

Зелений байраче!..

Не плач, не журися,

Молодий козаче!

Не плач, не журися,

Молодий козаче!

 

Не сам же я плачу —

Плачуть карі очі,

Що нема спокою

Ані вдень, ні вночі.

Що нема спокою

Ані вдень, ні вночі.

 

Сусіди близькії —

Вороги тяжкії:

Не дають ходити,

Дівчину любити.

Не дають ходити,

Дівчину любити.

 

Я ж буду ходити

І буду любити,

Ще й до себе візьму —

Буду з нею жити!

Ще й до себе візьму —

Буду з нею жити!

 

Ой умру я, мила...

Як ти будеш жива —

Чи згадаєш, мила,

Де моя могила?

Чи згадаєш, мила,

Де моя могила?

 

А моя могила

Край синього моря,

Де була між нами

Тихая розмова!

Де була між нами

Тихая розмова!

 

Зійдеш на могилу,

Та не сумуй дуже, —

Спогадають люди,

Що любились дуже!

Спогадають люди,

Що любились дуже!

 

Зійдеш на могилу —

Не труси землею,

Бо сама вважаєш,

Як тяжко під нею!

Бо сама вважаєш,

Як тяжко під нею!

 

Ой тим воно тяжко —

Любилися важко,

Тим воно тяженько —

Любились вірненько!

Тим воно тяженько —

                                                               Любились вірненько!