Блюзовые преображения Сары Мартин (Sara Martin)

 

Светлой памяти

Валентина Яковлевича Курбатова (1939-2021)

посвящается

 

В биографических статьях о Саре Мартин неизменно пишут как о The Colored Sophie Tucker или о Знаменитой стонущей Маме (The Famous Moanin' Mama), ставя её по голосовой мощи и экспрессии в один ряд с Гертрудой «Ма» Рэйни (Gertrude "Ma" Rainey, 1886-1939) и Бесси Смит (Bessie Smith, 1894-1937). Действительно, её «Alabamy Bound», «Yes, Sir, That's My Baby» и некоторые другие песни сразу же обращают нас к Софи Такер (Sophie Tucker, 1886-1966), ещё раз напоминая о её существенном влиянии на черных водевильных певиц. К тому же внешность Сары Мартин – большой и пышной блюзвумен зрелых лет, запечатленной в свободных и ярких одеждах, убеждает, что перед нами ещё одна Большая Мама (Big Mama), готовая пригреть, укрыть и защитить от напастей всякого, кто только в том нуждается. Всё так:  исполнительская мощь и блюзовый азарт Сары Мартин вне сомнения, но... таковой она предстает далеко не сразу, и на её ранних записях, сделанных под фортепианный аккомпанемент Фэтса Уоллера (Fats Waller, 1904-1943) и Клэренса Вильямса (Clarence Williams, 1898-1965) и относящихся к 1922—1923 годам, мы слышим нежную, утонченную и чувственную певицу, обладательницу голоса, о котором можно сказать, что это своеобразное блюзовое «бельканто» (мамы на Юге могли быть и такими!), больше напоминающее юную и изящную Викторию Спиви (Victoria Spivey, 1906-1976), чем грубоватых и громогласных Рэйни или Бесси. В чём причина такого преображения – догадываюсь, но подобного перевоплощения (преображения!) я не встречал ни у кого из блюзовых певиц.

 

                                                           *  *  *

 

Сара Мартин родилась 18 июня 1884 года в Луисвилле, Кентукки (Louisville, KY), и при рождении звалась Сарой Данн (Sarah Dunn): её отцом был Вильям Ти Данн (William T. Dunn ), а матерью – Мэри Кэтрин «Кэти» Поуп (Mary Katherine "Katie" Pope), так что в лице Сары Мартин штат Кентукки и Луисвилл имеют ещё одну знаменитую блюзовую певицу.[1] Louisville, KY. PostcardКак Сара обучилась пению и когда пришла к блюзу, мы не знаем, потому что о её ранних годах сведений не обнаруживается. Известно только, что в шестнадцать лет будущая певица вышла замуж за некоего Кристофера Вудена (Christopher Wooden), который, впрочем, вскоре скончался (в 1901 году), – а затем она была замужем за Эйбом Бёртоном (Abe Burton), тоже неким, и как долго длился их брак, не сообщается. Раз уж мы затронули матримониальную тему, то сообщим, что с конца двадцатых годов (в различных источниках фигурируют 1925, 1926 и 1929 годы) Сара Мартин состояла в браке с Хэйсом Уизерсом (Hayes B. Withers), который тоже пел и даже записывался вместе с Сарой в 1927 году. 

В биографическом словаре Шелдона Хэрриса (Sheldon Harris, 1924-2005) Blues Who's Who начало профессиональной карьеры блюзовой певицы отмечено приблизительно 1915 годом, когда Сара переехала на Север, чтобы работать на Самая ранняя из имеющихся фотографий Сары Мартинводевильной сцене в пригородах Чикаго.[2] Однако в вышедшем в 2017 году объёмном исследовании Линна Эбботта (Lynn Ebbott) и Дага Сероффа (Doug Seroff) The Original Blues сообщается, со ссылкой на местные газеты, что ещё весной 1903 года Сара Данн ездила по стране как участница шатрового шоу (tent show), организованного the Metropolitan Colored Amusement Company из Луисвилла. А в 1904 году Сара (её имя тогда ещё писалось Sarah) была нанята для усиления (to strengthen) некоего «Ofay» шоу в Индианаполисе, Индиана (Indianapolis, IN).[3] Таким образом, её активная профессиональная карьера в музыкальном бизнесе началась гораздо раньше 1915 года. В исследовании Эбботта и Сероффа приводится выдержка из периодического издания, относящегося к 1920 году, в котором Сара Мартин, в качестве участницы шоу the Hambone Jones Company, названа «одной из ведущих, крепких исполнительниц блюза» (one of our leading robust blues singers).[4] 

Далее пути блюзвумен из Кентукки привели её в Нью-Йорк, где в те годы сосредотачивался самый масштабный потенциал индустрии развлечений и стремительно развивалась индустрия грамзаписи. В Нью-Йорке Сара встретилась с набиравшим влияние в черном музыкальном шоу-бизнесе Клэренсом Вильямсом. Она, впрочем, могла его знать и раньше, поскольку офис издательства Williams & Piron Music Publishers находился в Чикаго. А вскоре Сара уже работала на издательскую Сара Мартин и Клэренс Вильямскомпанию Клэренса, рекламируя ноты новых песен в одном из магазинов (McCrory's five and ten-cent stores), а кроме того, она пела в клубах и кабаре. Наверное, это самое большее, на что могла претендовать в Нью-Йорке уже далеко не молодая водевильная певица.

Но тут подоспела другая эпоха, начавшаяся вскоре после выхода осенью 1920 года пластинки OKeh 4169 c «Crazy Blues», записанной Мэми Смит (Mamie Smith, 1891-1946). Новая эпоха означала конец эры нотных изданий как доминирующего фактора при распространении популярной музыки. Это было и началом конца нотных издательств. Наступило время граммофонов, грамзаписи и пластинок! Эра эта, разумеется, наступила уже давно, в середине десятых, но только к началу двадцатых её вполне оценили те, кто располагал большими деньгами и имел влияние. Стало понятно, что только в сотрудничестве с основными фирмами грамзаписи и в соединении с миллионными тиражами пластинок, которые сочетались бы с продолжительными турами артистов, рекламирующих эти пластинки, shugar-blues.jpgможно продвинуть свою продукцию на рынок, включающий и черных потребителей. Вроде бы ничего нового: группы артистов как ездили по стране со времен шоу менестрелей, так и ездят... Но теперь им предстояло не столько перемещаться по городам и штатам с концертами, чтобы продвинуть себя и заработать, сколько для того, чтобы рекламировать продукцию фирм грамзаписи – шеллаковые пластинки и граммофоны, на которых эти пластинки можно слушать. С этого времени дилеры пластинок и граммофонов в городах и штатах по всей стране становятся важными и незаменимыми персонами, которым, кажется, сам бог велел стать ещё и искателями талантов (talent scouts). Новоорлеанский пианист, бэнд-лидер, композитор и издатель, следовательно, бизнесмен и менеджер – Клэренс Вильямс понял это одним из первых. Он сообразил, что не в каком-то дешёвом магазине, торгующем копеечным (центовым) товаром, место такой певицы, как Сара Мартин, а в студии грамзаписи. Она ничем не хуже Мэми Смит – она даже лучше, чувственнее, артистичнее, а спеть способна всё, что только захочет! 

Верный расчет! И мы за это многим обязаны Клэренсу Вильямсу...

Осенью 1922 года Сара Мартин впервые переступила порог студии грамзаписи. Ей было тридцать восемь, и она была, вероятно, самой великовозрастной из всех известных нам блюзвимен... sara-9.jpgИз справочников и дискографий следует, что в октябре, где-то (circa) 17-го числа, блюзвумен из Луисвилла под фортепианный аккомпанемент Клэренса Вильямса записала «Sugar Blues», а ещё через несколько дней (в конце октября) – «Achin' Hearted Blues». Спустя полтора–два месяца вышла дебютная пластинка Сары Мартин – OKeh 8041, имевшая огромный успех в основном из-за «Sugar Blues», музыку к которому Клэренс Вильямс сочинил на слова Люси Флетчер (Lucy Fletcher), а ноты и текст блюза опубликованы ещё в 1919 году самим Клэренсом в его же издательстве Williams & Piron Music Publishers... Люси Флетчер – новое имя в наших исследованиях, и хотелось бы о ней разузнать, но о сочинительнице слов к популярнейшему «Sugar Blues» вообще ничего не известно, кто она и откуда – мы не знаем...  

В феврале и в августе 1922 года певица из Нового Орлеана – Леона Вильямс (Leona Williams), привлеченная всё тем же Клэренсом Вильямсом в студию Columbia, записала «Achin' Hearted Blues» и «Sugar Blues» под аккомпанемент музыкантов из the Original Memphis Five, став таким образом их первой исполнительницей (см. здесь). Наверное, Клэренс хотел с этими своими блюзами отметиться ещё и как аккомпаниатор, для чего и пригласил в студию многоопытную Сару Мартин, которая до 1927 года останется фавориткой OKeh и самого Клэренса Вильямса.

Об успехе первой пластинки Сары Мартин  можно судить по тому, что вскоре после её выхода сразу несколько ведущих лейблов записали и издали «Sugar Blues»: Banner записал Лиллиан Хэррис (Lillian Harris); Pathé Actuelle – the Sister Harris and Nubian Five; Cameo привлек в студию Фло Джонсон (Flo Johnson); Paramount – Монетт Мур (Monette Moore, 1902-1962), которой, кстати, аккомпанировал Клэренс Вильямс... И всё это было проделано в одном только январе нового 1923 года! В марте к этому сонму присоединился запоздавший Victor, записав «Sugar Blues» в исполнении замечательной и рано ушедшей новоорлеанской блюзвумен Эдны Хикс (Edna Hicks, 1895-1925). И в последующие годы «Sugar Blues» тоже активно записывали и издавали, в том числе и инструментальные версии, а уж пластинка с версией удачливого трампетиста Клайда МакКоя  (Clyde McCoy, 1903-1990) имелась, наверное, в каждом «белом» доме. Но сейчас, когда мы говорим и пишем о Саре Мартин, мы отдаем наше предпочтение ей...

 

 

...I got those Sugar Blues,

Everybody's singing the Sugar Blues,

The whole town is ringing;

I love my coffee, I love my tea,

But this doggone sugar diet aint got em for me. 

I'm so unhappy, I feel so bad,

I could lay me down and die.

You can say what you choose,

But I'm all confused;

I've got those sweet, sweet sugar blues... 

  

В ноябре 1922 года, когда OKeh 8041 ещё не появилась на прилавках, Columbia попыталась перехватить Сару Мартин, организовав для неё сессию: под аккомпанемент бэнда the Brown Skin Syncopators, состоявшего из юного трампетиста Артура Ветсела (Arthur Whetsel, 1905-1940),чуть старшего пианиста Клода Хопкинса (Claude Hopkins, 1903-1984) и банджоиста Элмера Сноудена (Elmer Snowden, 1900-1973), Сара записала две песни...  

...Имеется замечательная фотография, на которой Сара Мартин запечатлена со своим бэндом – Sarah Martin and Her Jass Fools, состоящим из молодых музыкантов, Sarah Martin and Her Jass Fools, 1922которые на её фоне и вовсе кажутся юнцами. Фотография относится к 1922 году, и историки джаза обращают внимание на то, что само слово Jazz тогда ещё не совсем прижилось в общем лексиконе и использовалось слово Jass. Постановочный снимок указывает и на то, что в 1922 году Сара Мартин была уже достаточно известной и востребованной, чтобы выступать с оркестром, носящим её имя. Кто именно из музыкантов входил в этот оркестр, выяснить не удалось, но в банджоисте явно угадывается Элмер Сноуден. Может, Her Jass Fools как раз и есть те музыканты, с которыми Сара Мартин записывалась для Columbia в ноябре 1922 года. К сожалению, записанный материал той сессии – «I loved You Once But You Stayed Away Too Long» и «'Tain't Nobody's Bizness If I Do» – по каким-то причинам так и не был издан... 

Fats Waller, 1923Быть может, вся эта короткая история с Columbia – плод очередных проделок Клэренса Вильямса, потому что уже в декабре, как только стали раскупать дебютную пластинку Сары Мартин, она вновь записывалась для OKeh, а первая же вещь, которую записала Сара, была как раз «'Tain't Nobody's Bizness If I Do», не изданная на Columbia. Аккомпаниатором у блюзвумен на этот раз был восемнадцатилетний Томас Уоллер. 

Всего пару месяцев назад (в двадцатых числах октября 1922 года) этот юный и светящийся радостью гениальный музыкант и композитор записал для OKeh пару сольных номеров – «Muscle Shoals Blues» и «Birmingham Blues» – первые в его жизни записи! Чувства переполняли его: ещё только-только была отпрессована и поступила в продажу его первая пластинка – OKeh 4757, а он опять в студии, и у него новая сессия, на этот раз с Сарой Мартин, которая была старше его на двадцать лет! Можно только догадываться, какой урок получил Scan0005.jpgюный Фэтс от многоопытной блюзовой Дивы... Ну а мы получили сразу четыре чудесных светлых блюза – «'Tain't Nobody's Bizness If I Do», «You Got Ev'ry Thing A Sweet Mama Needs But Me», «Mama's Got The Blues» и «Last Go Round Blues», и если бы мы, слушая эти невинные песни, ничего не знали об исполнительнице, то были бы убеждены, что их напевает совсем юная девушка, впервые и совершенно случайно оказавшаяся на сцене и испытывающая от этого недоразумения неподдельную робость и смущение, поэтому её девственно чистый голос иной раз «нечаянно» срывается, почти пропадает или звучит невпопад с филигранной техникой вовсю старающегося ей угодить Фэтса, так что уже всем очевидно, что это пианист-аккомпаниатор на самом деле старше исполнительницы лет на двадцать или даже на все тридцать, и поэтому он уверенно берет раскрасневшуюся неопытную певицу за руку и ведет за собой... Известно, что в одном только Сторивилле (Storyville) от подобных зазывающих голосков пропало несчетное число сошедших на берег неосмотрительных капитанов и рядовых матросов, о чём хорошо знал новоорлеанец Клэренс Вильямс. Как видим, знала об этом и его более опытная и старшая протеже из Кентукки Сара Мартин – безусловно, выдающаяся водевильная актриса: ей ничего не стоило сыграть девочку в присутствии такого милого юноши...

 

  

Какими бы славными и искусными аккомпаниаторами ни были бы наши соло-пианисты, свою настоящую вокальную мощь и силу блюзовая певица способна проявить только с оркестром, состоящим из высококлассных и понимающих её музыкантов. Подогреваемые теплом и темпераментом, вдохновляемые очаровательной улыбкой, кивком одобрения, а то и восхищения великой блюзовой Дивы, в роскошных sara-b107-1.jpgярких одеждах гордо возвышающейся на сцене, – музыканты устремляются навстречу её чувствам, навстречу её любви, словно каждый из них – единственный счастливый её избранник... И, с восторженной ревностью вкладываясь в свои инструменты, во все эти сверкающие корнеты, кларнеты, саксофоны и барабаны с тромбонами и сузафонами, – они отдают ей всё своё умение, всю свою душу, весь свой темперамент и пыл. Только в этом случае может получиться чудо, и мы, на наше счастье, знаем немало таких чудес, без которых уже не представляем свою жизнь...  

К сожалению, мы так и не узнаем, как звучали блюзы Сары Мартин, сопровождаемые молодыми музыкантами из Her Jass Fools. Скорее всего, не узнаем, как звучал её голос с бэндом the Brown Skin Syncopators, потому что записанные матрицы наверняка пропали. Таким образом, первым оркестром, с которым записывалась Сара Мартин и материал этого сотрудничества был затем издан, стал уже знаменитый в то время оркестр sara-b110.jpgмногоопытного трампетиста, композитора и бэнд-лидера Вильяма Хэнди (William C. Handy, 1873-1958) – W. C. Handy's Orchestra. Сессия состоялась в двадцатых числах апреля 1923 года, следовательно, пластинки появились в июне-июле, после чего Сара Мартин вместе с оркестром Хэнди отправилась в продолжительный тур по Соединенным Штатам.

В книге The Original Blues приводятся любопытные детали этого тура, почерпнутые авторами из периодической печати тех лет, в том числе из чикагского еженедельника The Chicago Defender, а также публикуется примерный маршрут, которым следовали артисты, представлявшие в этом туре продукцию OKeh Records. Начался тур в Бостоне, Массачусетс (Boston), затем музыканты переехали в штат Делавэр и выступали в Уилмингтоне (Wilmington); далее на их пути следовали Фредерик, штат Мэриленд (Frederick); города Линчбург и Ричмонд в Вирджинии (Lynchburg and Richmond); большие промышленные города W.C.Handy's Orchestra, c.1918Северной и Южной Каролин – Роли (Raleigh), Дарем (Durham), Гринсборо (Greensboro), Шарлотт (Charlotte), Коламбия (Columbia) и Гринвилл (Greenville); в Джорджии музыканты выступали в Огасте (Augusta) и в Атланте (Atlanta); в штате Алабама они выступили в Бирмингеме (Birmingham); в Теннесси их ждала публика в Нэшвилле (Nashville) и Мемфисе (Memphis); в Кентукки состоялись концерты в городе Падука (Paducah) и в родном для Сары Луисвилле... Потом музыканты отправились в Миссури, чтобы выступить в Канзас-Сити (Kansas City), затем переехали в Иллинойс...  Подчеркивается, что выступали артисты в больших театрах и роскошных залах, предназначенных для белой аудитории, но публика, которая во множестве собиралась на концерты, включала как белых, так и черных посетителей, и для последних обычно бронировались отдельные места... Сегрегация!

Сара Мартин и оркестр Хэнди, состоявший во время этого тура из восьми музыкантов, исполняли в основном тот материал, который уже был записан и издан, handy-22.jpgпоэтому пластинки после подобных рекламных концертов активно раскупались, а дилеры немедленно заказывали у издателей всё новые и новые тиражи. Любопытно, что сам Вильям Хэнди предварял концерты лекциями по истории черного фольклора Америки и его связи с блюзом, просвещая таким образом публику... Авторы The Original Blues, ссылаясь на еженедельник Billboard от 8 сентября 1923 года, приводят важное свидетельство о выступлении Сары Мартин и оркестра Вильяма Хенди в легендарном the Ryman Auditorium в Нэшвилле:

«Сара Мартин, звезда фонографа, исполнила множество блюзов своим богатым громким голосом, который не только наполнил аудиторию, но, возможно, был The Springfield Daily Leader, September 14, 1923слышен даже на Church Street. Когда наступил черед "Laughin' Crying Blues" – три тысячи зрителей, собравшихся на праздник Blue Thursday, обрушили на певицу шквал таких аплодисментов, которыми могла бы гордиться любая примадонна. Это была вершина подобного жанра» (Abbott-Seroff, p.272).

Действительно, слушая пластинку с записью «Laughin' Cryin' Blues» Роберта Рикеттса (Robert "Bob" Ricketts, 1885-1936) и Портера Грэйнджера (Porter Grainger, 1891-1955), мы встречаемся с классическим вариантом водевильного блюза и ярко выраженными элементами театрального шоу и можем только догадываться о реакции публики, слышавшей это исполнение вживую во время концерта. Аудитория, как черная, так и белая, попросту сходила с ума, и мы находим этому подтверждение в документальных источниках тех лет – в послеконцертных статьях в местной прессе. Именно за подобные исполнения Сару Мартин и стали называть Colored Sophie Tucker, хотя очевидно, что она была чем-то гораздо бóльшим. Разумеется, это была уже никакая не «девочка» из провинциального водевиля, какой она предстает на своих первых пластинках, а настоящая блюзвумен – Большая блюзовая Мама!

 

 

Have you seen the sunshine smiling through the rain?

Just the same, I'm smiling, though my heart's in pain.

It's because my sweet daddy has turned his back on me,

Though I smile, I'm almost dying for his company...

 

When I laugh, ha ha ha ha ha!

There's no use to fool you,

Because I want to cry, boo hoo hoo, and

What's more beside it, I fail to hide it,

When sweet thoughts come to me

'Bout how nice he'd do me,

They go all through me,

That's why I'm blue,

Though I laugh, ha ha ha ha ha!

I cannot but moan to be all alone to cry

Boo hoo hoo, oh!

My cup is tilted because I'm jilted,

Since I laugh and cry with,

I'd as soon to die with

These awful laughin', cryin' blues.

 

1923 год стал вершиной так называемого водевильного блюза и, следовательно, началом его конца... Главным фактором в этом процессе стало появление в Нью-Йорке, а затем и в студии Columbia, Бесси Смит.

Известно, что её также пригласил в студию Клэренс Вильямс, но сделанная в январе 1923 года запись Бесси с горячим новоорлеанским аккомпанементом не устроила высокое начальство из General Phonograph Corporation, которой принадлежал OKeh: голос Бесси Смит показался им слишком грубым и неотесанным, могущим испугать потенциальных покупателей их продукции, да и аккомпанемент казался излишне шумным. Подстраиваться под нужды каких-то менеджеров было для Императрицы Bessie Smith, 1923блюза делом непредставимым: в отличие от Сары Мартин, она не считала себя водевильной актрисой, была из другой среды и, кажется, вообще из другой эпохи. Так что Клэренсу пришлось усмирять не Бесси, а упрощать аккомпанемент: записывать её под фортепиано, и уже не для OKeh, а для Columbia, деятели которой, прежде всего Фрэнк Уолкер (Frank Buckley Walker, 1889-1963), смотрели дальше и в продвижении подлинного блюза были настроены куда более решительно...

К осени 1923 года представления нью-йоркской и прочей городской северной публики о блюзе и его исполнении существенно переменились. Знаменитые блюзвимен с Юга не столько пребывали в студиях грамзаписи, сколько выступали на сценах театров, в клубах, в казино и на прочих площадках, причем делали это ежедневно, разъезжая по всей стране в составе различных шоу. Та же Бесси, прежде чем оказаться в Нью-Йорке, много лет выступала в шатровых шоу и театрах по всему Югу, а перед тем как оказаться в Нью-Йорке, работала в недалекой от него Филадельфии, Пенсильвания (Philadelphia, PA). Уже давно колесила по Югу со своим шоу Мадам «Ма» Рэйни; вовсю пела на сценах крупных южных городов блистательная Айда Кокс (Ida Cox, 1896-1967), блюзы которой транслировало ещё и мемфисское WMC-radio; уже лет семь-восемь, как разносилась по Югу слава ещё одной Смит – Клары (Clara Smith, 1894-1935)... Так что представления о блюзе как о чем-то более серьезном, чем часть забавного театрального шоу, постепенно овладевали широкой публикой. А Bijou Theater, Nashville, TNна Юге эти представления изначально были такими. Поэтому, чтобы угодить тамошней аудитории, прежде всего черной, в том числе активно мигрирующей из южных штатов в крупные северные города, фирмы грамзаписи должны были корректировать свою издательскую политику и обновлять перспективную race series. Им надо было сражаться с конкурентами не только за потребителей своей продукции, но и за привлеченных артистов, иначе будет проиграна борьба за рынок. Корректировали свои программы и сами артисты – в данном случае водевильные певицы, – понимая, что наступают новые времена...

Что касается Сары Мартин, то ей предстояло не столько меняться, сколько «вернуться» к себе такой, какой она была, когда выступала в клубах вокруг Чикаго. Причем когда я пишу «вернуться», то веду речь о её работе с OKeh Records. В клубах, на театральных подмостках и в продолжительных турах, где она представала перед публикой такой, какой мы видим её на фотографиях, Сара Мартин оставалась собой – настоящей блюзовой певицей. В 1922-1923 годах, кроме уже описанного тура с оркестром Вильяма Хэнди, она участвовала в Jump Steady Revue в гарлемском Lafayette Theatre; ездила с шоу Up and Down по городам Восточного побережья; была в туре вместе с Фэтсом Уоллером под эгидой Theatre Owners Booking Association (TOBA); работала в Princess Theater в Харрисбурге, Пенсильвания (Harrisburg), и в находящемся под черным патронажем Bijou Theater в Нэшвилле, Теннесси; побывала Сара и Новом Орлеане, где выступала в Lyric Theatre в Сторивилле; работала какое-то время в Regent Theater в Балтиморе, штат Мэриленд (Baltimore); в нью-йоркском New Star Casino и чикагском театре Monogram; в Paradise Cabaret в Атлантик-Сити, штат Нью-Джерси (Atlantic City), и в Star Theatre в луизианском Шривпорте (Shreveport)...[5] 

И это только в 1922–1923 годах, да и перечислено не всё... Такой же оставалась творческая жизнь блюзвумен из Кентукки и в последующие годы. Эти постоянные выступления и разъезды были главным в её жизни, и там, в этих переполненных публикой и страстями театрах, по-настоящему звучал голос Сары Мартин и таких, как она, великих блюзовых певиц. Там же вовсю самоутверждались и аккомпанировавшие им оркестры, небольшие бэнды или отдельные музыканты, и всю свою мощь, силу и умение они проявляли именно в этих бесконечных и далеких турах. Там, а не в тесных и душных студиях под надзором придирчивых менеджеров и педантичных звукоинженеров была настоящая жизнь и творилась настоящая живая музыка, и нам остается только по-доброму завидовать тем счастливцам, которые слышали живых героев и героинь ушедших эпох... В лучшем случае нам остались от них трехминутные записи, сделанные на передовой для своего времени технике, и хорошо, когда их много, и совсем счастье, если они доступны. В этом смысле нынешнему любителю блюза и джаза повезло невероятно – ему доступно практически всё!..

Дискография Сары Мартин (см. здесь) солидна и разнообразна, связана со многими известными и великими музыкантами и охватывает период с 1922-го по 1929 год. Почти всё это время блюзвумен записывалась и издавалась на OKeh, а в конце 1928 года она недолго сотрудничала с QRS Records, для которого записывалась в Лонг-Айленд-Сити (Long Island City, NY) вместе с бэндом Клэренса Вильямса, в который входили Clarence Williams and his Orchestra (left to right): Albert Socarras, Prince Robinson, Cyrus St. Clair, Clarence Williams, Buddy Christian, Charlie Irvis, Sara Martin, Floyd Casey, Eva Taylor, Ed Allenвыдающиеся джазовые музыканты.. Все блюзы и песни, спетые Сарой Мартин, по-своему интересны, все сессии важны, и о некоторых мы кратко рассказали, но есть такие, которые стоит отметить особенно. 

В двух коротких сессиях, состоявшихся в августе и октябре 1923 года, Клэренс Вильямс привлек к записи с Сарой Мартин нескольких высококлассных музыкантов, включая Сиднея Беше (Sidney Bechet, 1897-1959)... «Одно дело театральный блюз с оркестром респектабельного и уже немолодого Хэнди, и совсем другое – наш родной блюз, спетый под аккомпанемент земляков-новоорлеанцев», – наверняка эта идея не оставляла Клэренса Вильямса, который патронировал Сару Мартин от имени OKeh Records... Наверное, вследствие этих раздумий и появился на пару дней бэнд под названием Sara Martin And Clarence Williams' Blue Five, в который, кроме Беше и самого Клэренса, входили корнетист и бэнд-лидер из Нью-Йорка Томас Моррис (Thomas "Tom" Morris, 1897-1945) и банджоист Бадди Кристиан (Narcisse J. "Buddy" Christian, 1895?-1958?). Понятно, что с такими музыкантами и сам блюз оказывался другим... Кажется, что в «Blind Man Blues», «Atlanta Blues», «Graveyard Dream Blues» и «A Green Gal Can't Catch On» мы слышим совсем другую певицу. Это и есть та Сара Мартин, о которой самые искушенные специалисты говорили как об одной из наиболее драматичных исполнительниц блюзов... 

 

 

Осознавая необходимость экспериментировать, чтобы обновлять так называемую race series и продвигать её поближе к черному потребителю,  Клэренс Вильямс и его коллеги из OKeh решили пригласить в студию джаг-бэнд. Возможно, это было ими сделано по рекомендации самой Сары Мартин, потому что музыканты из Old Southern Jug Band были её земляками. Так, в сентябре 1924 года в Нью-Йорке состоялась трехдневная сессия Сары Мартин с этим джаг-бэндом: Sara Martin and Her Jug Band. Лидером формально считался опытный джагмен Эрл МакДоналд (Earl McDonald, 1885-1949), но всё же главной фигурой был фиддлер и бэнд-лидер Клиффорд Хейс (Clifford Hayes, 1893-1941). Третьим в составе бэнда указан банджоист Куртис Хейс (Curtis Hayes), вероятно брат Клиффорда. Для всех них это была первая сессия, и в будущем из них получится не худший бэнд. В 1931 году в Луисвилле они даже запишутся с великим белым блюзменом и йодлером Джимми Роджерсом (Jimmie Rodgers, 1897-1933), так что музыкальные историки не будут знать, к какому жанру их причислить: к блюзу, джазу или фолку?.. Но в сентябре 1924 года этому трио предстояло аккомпанировать Саре Мартин, одной из признанных Королев блюза! Было записано довольно много материала – целых десять блюзов, которые затем издали, но... нельзя сказать, что из этой затеи получилось что-то действительно стоящее. Очевидно, понимала это и Сара Мартин: ей было трудно конкурировать с разбушевавшимся джагом (кувшином) МакДоналда, которого не в силах был усмирить монотонный фиддл Клиффорда Хейса. Опытнейшая блюзовая певица и совершенно несыгранный джаг-бэнд были, как в таких случаях говорят, «из разных опер» и во время записи шли не в ногу... (Убедитесь в этом, например, здесь...)

При оценивании джаг-бэндов мы берем за эталон феноменальный Memphis Jug Band, но в 1924 году его слава еще не покинула пределов Мемфиса и северомиссисипских каунти, и вообще, эпоха кантри-блюза ещё только-только приближалась, а её основные герои ещё скрывались за туманом неизвестности... Но то, что спецы из ОКеh прибегли к эксперименту с джаг-бэндом, говорит о том, что они эту эпоху предчувствовали и, как могли, приближали. Поэтому не станем судить их строго, тем более что в 1928 и 1929 годах у бэнда Clifford Hayes' Louisville Stompers будет несколько удачных сессий для Victor, и очень правильно, что Клиффорд Хейс откажется от участия в своем бэнде джагмена, предпочитая ему пианиста. В их последней сессии, состоявшейся 5 и 6 февраля 1929 года в Чикаго, примет участие великий Эрл Хайнс (Earl Hines, 1903-1983), а это чего-то стоит! 

Так для чего же мы здесь пишем о сессии, которую считаем неудачной?

Для того, чтобы ею оттенить сессии удачные и обратить внимание на то, что таковые могут состояться, если рядом с выдающейся блюзвумен окажутся такие же выдающиеся музыканты, при этом усилия последних будут всецело подчинены Первой...

В ноябре 1925 года Сара Мартин записалась с оркестром, в который входили молодой талантливый корнетист-новатор Баббер Майли (James "Bubber" Miley, 1903-1932), знаменитый харпер Роберт Кукси (Robert Cooksey, 1893-1936), а также пианист, которым, вероятно, был Фил Уорд (Phil Worde). Их блюзы – «Forget Me Not Blues», «Nobody Knows And Nobody Cares Blues» и «Give Me Just A Little Of Your Time» – замечательны, слушать их можно бесконечно, и, обратите внимание, оказывается, корнет и гармоника вполне способны уживаться, если находятся в руках мастеров. Слышит это и певица, поэтому раскрывается в полную силу... (Слушайте здесь...)

В том же ноябре Сарой Мартин записаны популярнейшие песни «Alabamy Bound» и «Yes, Sir, That's My Baby», вышедшие на пластинке OKeh 8262. Рядом с Сарой – корнетисты Гэрри Купер (Harry R. Cooper, 1903-1961) и Луи Меткалф (Louis Metcalf, 1905-1981); пианист Иррес Принс (Earres Prince, 1896-1957) и банджоист и гитарист Бернард Эддисон (Bernard Addison, 1905-1990). Обе песни – из очередного бродвейского мюзикла, и в 1924-1925 годах они были необычайно популярными. «Alabamy Bound» исполнялась в водевильных шоу актером-комедиантом Элом Джолсоном (Al Jolson, 1885-1950), а затем активно записывалась на пластинки, в том числе блистательной Блоссом Сили (Blossom Seeley, 1891-1974), версия которой, записанная в январе 1925 года, стала особенно популярной (слушайте здесь)... Не менее успешной стала и «Yes, Sir, That's My Baby», которую также пели в мюзиклах и активно записывали на пластинки, в частности, её великолепно, с применением скэта (scat), исполнила потрясающая и загадочная Ли Морc (Lee Morse, 1897-1954), певица, актриса, композитор, сонграйтер, гитаристка и пианистка: в мае 1925 года она записала эту песню для Pathe Actuelle (10949)... (Cлушайте здесь.)

Не знаю, что именно заставило Сару Мартин, отодвинув модные и востребованные блюзы, вновь преобразиться и на какое-то время вернуться в прошлое, в уходящую  водевильную эпоху, но когда я слушаю в её исполнении «Alabamy Bound» и «Yes, Sir, That's My Baby», то мне очевидно, что перед нами не запоздавший ответ OKeh Records своим бизнес-конкурентам, а нечто большее: это ответ самой Сары Мартин, великой черной певицы, холёным белым певцам и певичкам и в их лице – всему белому музыкальному истеблишменту... Мол, вот как надо петь заводные песни, тем более когда речь про Юг, про Алабаму, и вот как мы когда-то, лет двадцать назад, пели их в странствующих шатровых шоу!... Ну и музыканты из джаз-бэнда Harry's Happy Four, что и говорить, оказались на высоте! (Об истории песен «Alabamy Bound» и «Yes, Sir, That's My Baby» читайте здесь.)              

 

 

 

Теперь ещё об одном преображении Сары Мартин. 

В июне 1926 года она принимала участие в записи для OKeh двух религиозных песен Хуаниты «Аризоны» Дрейнс (Juanita "Arizona" Dranes, 1889-1963). Это была первая из трех звукозаписывающих сессий великой слепой пианистки и проповедницы из arizona-1.jpgТехаса, каждая запись которой является золотым фондом музыки госпел, имеет огромную ценность и непреходящее значение. Госпелы «In That Day» и «It's All Right Now» Аризона Дрейнс спела в одиночку под собственный аккомпанемент, а для исполнения двух других – «John Said He Saw A Number» и «My Soul Is A Witness For The Lord» – ей в помощь были приглашены известный новоорлеанский сингер, пианист, композитор, бэнд-лидер и музыкальный продюсер Ричард Джонс, по прозвищу My Knee (Richard M. Jones, 1892-1945), и Сара Мартин. Под аккомпанемент Аризоны Дрейнс трио исполнило госпелы «John Said He Saw A Number» и «My Soul Is A Witness For The Lord».

Конечно, ключевая и заглавная роль при исполнении этих беспримерных Старая церковь у 61-й хайвей близ Блэнтона, Миссисипи. Фото В.Писигинагоспелов принадлежит Дрейнс, но не менее важна и роль подпевающих ей Сары Мартин и Ричарда Джонса, которые здесь выступают от имени конгрегации (религиозной общины)... В интервью 2003 года девяностолетняя Хелен Дэвис (Helen Davis), одна из прихожан Page’s Church в Оклахома-Сити (Oklahoma City, OK), вспоминала, как в двадцатые годы присутствовала на проповеди Аризоны Дрейнс: «Она заставляла всех кричать... Была слепой, понимаете... И отдавалась полностью святому духу. И она вскакивала из-за пианино, когда экстаз охватывал её». (“She’d get the whole place shouting. She was a blind lady, see, and she’d let the spirit overtake her. She’d jump up from that piano bench when it hit her.”) 

Повторю, каждая запись-проповедь Аризоны Дрейнс является бесценной для тех, кто изучает традицию sanctified, истоки блюза, госпелов и музыки соул, да и буги-вуги с рок-н-роллом тоже, и в данном случае примечательно то, что рядом с Дрейнс мы слышим голос одной из самых великих блюзвимен.

 

  

Музыкальная судьба Сары Мартин будет освещена неполно и неточно, если мы пройдем мимо одной из наиболее важных и значительных её вех: сотрудничества певицы с её земляком из Луисвилла – Сильвестером Уивером (Sylvester Weaver, 1897-1960), одаренным блюзовым гитаристом и сингером, кумиром Джона Фэхея (John Fahey, 1939-2001) и, следовательно, праотцом школы American Primitive Guitar

Несмотря на то что Сильвестер Уивер в середине двадцатых участвовал во множестве сессий, имеет около пятидесяти успешных и заметных записей (см. его дискографию на сайте wirz.de), прожил долгую по блюзовым меркам жизнь, застал начало Фолк-Возрождения и впоследствии неизменно вызывал (и вызывает) к себе интерес, особенно у гитаристов, – о нём практически ничего не известно. Лишь догадки и предположения вроде той, что раз уж его отец когда-то прибыл в Луисвилл из крохотного Порт-Гибсона (Port Gibson, MS), на юго-западе Миссисипи, то и сыну как-то само собой передалось понимание блюзов Дельты, хотя в те времена, когда Уивер-старший оказался в Луисвилле, Дельта-блюза не было и в помине.

Тем не менее в игре Сильвестера, особенно при использовании боттлнэка и нестандартных настроек, действительно присутствуют элементы, присущие блюзменам Дельты. Но ведь он с такой же ловкостью и умением исполнял и репертуар блюзменов из области Piedmont, а также инструментальные рэги в стиле Фрэнка Хатчинсона (Frank Hutchinson, 1897-1945), гитариста из горных глубин Западной Вирджинии. Уивер также был замечательным сингером. Его вокал под собственный аккомпанемент в «Dad's Blues», «What Makes A Man Blue» и «Railroad Porter Blues» заставляет вспомнить Лонни Джонсона (Lonnie Johnson, 1899-1970), хотя голос у Сильвестера намного грубее... Одним словом, в лице Сильвестера Уивера мы имеем универсального гитариста и сингера, впитавшего традиции сразу нескольких блюзовых течений и направлений, причем не по пластинкам (в начале двадцатых пластинок с Guido van Rijn and Hans Vergeer. Sleeve Notes in LP Sylvester Weaver «Smoketown Strut», Agram Records (Holland), Blues AB 2010, 1983кантри-блюзом ещё не было), а от живых музыкантов – странствующих блюзменов и сонгстеров, которых он встречал в Луисвилле и его окрестностях или в каких-то других местах, в которых оказывался. 

Как и при каких обстоятельствах блюзмен впервые оказался в нью-йоркской студии и кто предложил ему аккомпанировать знаменитой землячке – история обо всём этом еще умалчивает. Но очевидно, что Сара Мартин и Сильвестер Уивер как музыкальные партнеры встретились впервые именно в студии. На чём основано это предположение? На материале, который был ими записан.

В октябре 1923 года, предположительно 24 числа, Сара Мартин под гитарный аккомпанемент Сильвестера записала «Longing For Daddy Blues» и «I've Got To Go And Leave My Daddy Behind». Еще через несколько дней (2 ноября) Уивер подыгрывал Саре при записи «Roamin' Blues» и «Good-Bye Blues», но перед этим (мы судим по номерам матриц) были записаны две сольные пьесы Сильвестера Уивера – «Guitar Blues» и «Guitar Rag», причем на этикетке пластинки OKeh 8109 Сара Мартин, наряду с Уивером, значится соавтором обеих этих вещей... Кстати, Саре Мартин принадлежит авторство или соавторство многих спетых и записанных ею блюзов, и, кроме того, Guido van Rijn and Hans Vergeer. Sleeve Notes in LP Sylvester Weaver «Smoketown Strut», Agram Records (Holland), Blues AB 2010, 1983сочиненные ею блюзы исполняли и записывали другие блюзвимен, в том числе и великие, так что она является ещё и сингер-сонграйтером. А вот сведения о том, что она играла на каком-нибудь инструменте, мне не попадались...

...Так вот, эти первые опыты Сары Мартин и Сильвестера Уивера считаются самой первой записью блюзов, спетых под гитару, и хотя Уивер с рождения жил в большом городе, работал швейцаром, упаковщиком, дворником и шофером, его гитарный аккомпанемент Саре Мартин во многом предвосхищал великую эпоху кантри-блюза. 

Если мы прислушаемся к упомянутым выше блюзам, то обнаружим очевидную несыгранность блюзвумен и её аккомпаниатора. Гитарный пикинг и вокал звучат так, словно каждый записывается сам по себе, более того – по всему чувствуется, что именно многоопытная певица поддерживает гитариста, увлеченного собственной партией, считая её если не главной, то равноправной. В результате – потенциал самóй певицы гасится, ей не с кем развернуться, из-за чего Сару практически не слышно. Исполненные ею блюзы получаются не драматическими, какими они вошли в историю, а бесцветным и бесстрастными... И это Сара Мартин! 

В следующий раз Сара Мартин и Сильвестер Уивер записывались вместе в Атланте, Джорджия (Atlanta, GA), в марте 1924 года, и это свидетельствует о том, что их первый опыт был признан менеджерами OKeh коммерчески успешным. Вsara-b109.jpg Атланте они записали шесть блюзов, причем в первых двух Уивер аккомпанировал певице на банджо. Его пикинг был предельно простым и незамысловатым, но банджо, как известно, едва ли не самый громкий инструмент в доэлектрическую эру: в студиях он лучшим образом записывался на звуковой носитель и затем прекрасно воспроизводился на фонографах и граммофонах, так что вовсе не случайно банджоисты занимают видное место среди пионеров грамзаписи. Известно и то, что в бэндах, во время живых концертов, банджо играло важную роль в ритм-секциях, и потому добрый новоорлеанский банджоист, если с ним не договориться, мог перекрыть кислород оркестру со всеми его дудками и барабанами... В «Everybody's Got The Blues» и «My Man Blues» Уивер, кажется, «перекрыл кислород» своей благодетельнице, хотя и пытался лишь помогать ей, используя примитивный пикинг, на мой взгляд излишне медленный, – не от этого ли Сара Мартин в «Everybody's Got The Blues» начиная с третьей минуты так жалобно стонет (невольно становясь the sara-martin44.jpgFamous Moanin' Mama), а  в «My Man Blues», после третьего куплета, больше минуты(!) вообще молчит, оставив аккомпаниатора один на один со своим банджо, которое невыносимо? Послушайте здесь...

Но вот банджо отставлено в сторону, Сильвестер Уивер берется за гитару и в последующих четырех блюзах аккомпанирует так, как того и достойна великая блюзвумен: он все же догадался, что самый главный и значительный инструмент в блюзе (и не только в блюзе!) – голос человеческий, тем более голос женский, голос Сары Мартин! Так получился «Pleading Blues» – непреходящий шедевр, равного которому, по артистизму, одухотворенности и душевности, мы, скорее всего, уже не отыщем, потому что так выразить себя в песне могла только блюзовая певица зрелых лет, многое повидавшая, многое познавшая, во многих разочаровавшаяся, но всё ещё полная оптимистической страсти и не утратившая надежд... Осторожное бренчание Сильвестера Уивера, чередующееся с легким пикингом, напоминает неторопливый свинг Томми Джонсона (Tommy Johnson, 1896-1956) в бессмертном «Maggie Campbell Blues». Соединяясь с блюзом-мольбой, гитара неотвратимо влечет нас к Саре Мартин, чтобы уже вместе с ней взойти на одну из вершин блюза!    

 

 

 

Woke up this morning, looked around my room,

Woke up this morning, looked around my room,

I said, "Old blues, what you doing here so soon?"

I knew it was the blues, 'cause I've begun to feel awfully bad, Lord, Lord...

I knew it was the blues 'cause, I've begun to feel awfully bad,

Just like I'd lost all the friends I ever had...

Now, blues, I've rolled and tumbled, stayed woke all night long, oh blue, blues...

Blues, I've rolled and tumbled, stayed woke all night long,

And here you are this morning, with your same old happy song...

Now, blues, this ain't the first time, you know you've been here before,

blues, blues, blues...

Blues, this ain't the first time, you know you've been here before,

And the last time you were here, blues, you made me walk the floor...

Oh blues, blues, if you bring trouble along, oh blues, blues...

Blues, blues, if you bring trouble along,

You've haunted poor me, ever since the day I was born...

Now blues, blues, why don't you let poor me be, oh blues, blues?

Blues why don't you let poor me be

And let me have one day out of this blue misery?.. 

 

* * *

 

Сегодня утром проснулась… Оглядела комнату.

Проснулась утром, огляделась.

Спрашиваю: «Блюз, чего так рано заявился?» 

 

Ощутила блюз рядом, ведь стало вдруг так тошно…

О господи, господи...

Знала, что это блюз, – ведь так тяжко вдруг стало,

Словно осталась на всем белом свете одна... 

 

Эх ты, блюз, промаялась всю ночь, глаз не сомкнула…

О блюз, блюз ...

Блюз! Ворочалась и маялась, всю ночь глаз не сомкнула, –

А наутро – ты уже тут как тут, с этой своей «счастливой» песенкой... 

 

Что ж, блюз, это не впервой, знаешь ты, что бывал здесь и прежде…

Блюз, блюз, блюз ...

Блюз, это не впервой уж, знаешь, что бывал здесь прежде,

В прошлый раз заявившись, блюз, ты гонял меня из угла в угол...

 

 

О блюз, ты несешь беду…  О блюз, блюз…

Блюз, ты приносишь страдания,

Преследуешь меня, беднягу, с того самого дня, когда я родилась… 

 

Блюз, блюз, – почему не оставишь меня, беднягу, в покое?

       Блюз, блюз…

Блюз, почему никак не оставишь несчастную в покое?

Почему не дашь хотя бы день прожить без этой чертовой тоски?.. [6] *

 

Студийное сотрудничество Сары Мартин и Сильвестера Уивера продолжилось в марте (или апреле?) 1925 года во время сессии в Сент-Луисе, Миссури (St.Louis, MO), когда Уивер подыгрывал Саре в составе стринг-бэнда, куда также входили банджоист Чарльз Вашингтон (Charles Washington) и фиддлер И Эл Коулмен (E.L.Coleman). Затем в их совместной студийной работе наступил двухлетний перерыв, а 6 апреля 1927 года Уивер вновь аккомпанировал Саре и даже пел вместе с ней и её будущим или в тот момент уже мужем Хэйсом Уизерсом, составляя госпел-трио Martin-Weaver-Withers. Из четырех записанных ими госпелов изданными оказались два – «Where Shall I Be» и «I Am Happy In Jesus» (OKeh 8661), и это не частый случай, когда знаменитая блюзвумен записывает госпелы. Может, поэтому при записи на следующий день блюзов – «Gonna Ramble Blues» и «Teasing Brown Blues» – Сара Мартин фигурирует под псевдонимом Sally Roberts. И наконец, 30 августа 1927 года Сара и Сильвестер в последний раз записываются вместе: их четыре блюза, вышедшие вскоре на двух пластинках (одна под псевдонимом Sally Roberts), могут считаться образцом сыгранности двух выдающихся музыкантов. Записанный материал говорит о том, что Сильвестер Уивер какое-то время работал с Сарой Мартин на постоянной основе, ездил с ней в туры, участвовал в концертных программах, и вовсе не случайно одна из самых известных фотографий Сары и Сильвестера – их замечательный совместный снимок, где блюзвумен не скрывает теплых отношений со своим земляком-аккомпаниатором. Так они и остались рядом в блюзовой истории – Сара Мартин и Сильвестер Уивер...

 

Lammi, Kanta-Häme, Finland

27 мая 2021 г. 


Примечания

[1] Эдит Вилсон (Edith Wilson) и Хелен Хьюмс (Helen Humes) также родились и выросли в Луисвилле.

 

[2] Harris, Sheldon. Blues Who’s Who: A Biographical Dictionary Of Blues Singers. New York: A Da Capo Paperback, 1989, p.350-351.

 

[3] Lynn Abbott and Doug Seroff. The Original Blues: The Emergence Of The Blues In African American Vaudeville. University Press of Mississippi, Jackson, 2017, p.35 and 317. 

 

[4] Abbott and Seroff, p.193.

 

[5]  Sheldon Harris, p.350.

 

[6] Текст слов к «Pleading Blues» заимствован с вебсайта weeniecampbell.com, где один из форумов посвящен Саре Мартин и Сильвестеру Уиверу и содержит важную для нас информацию.

* Перевод на русский Светланы Брезицкой.