Клайд Доерр (Clyde Doerr) – саксофонист-новатор из глубин Мичигана

 

Клайд Доерр  (Clyde Doerr, 1894-197) – фигура заметная и важная в мире популярной музыки конца десятых – начала двадцатых, и его вклад в привнесение саксофона в танцевальные бэнды ещё предстоит высветить и по достоинству оценить... Пока же обратим внимание на биографическую статью об этом музыканте, написанную известным специалистом, автором книги Popular American Recording Pioneers, 1895-1925 (London and New York: Routledge, 2008) – Тимом Грэсиком (Tim Gracyk) на основе Art Hickman and His Orchestra, c. 1919. the George Grantham Bain collection at the Library of Congress. Wikipediaинтервью, которое пожилой Доерр дал 28 июля 1970 года Сесилу Лисону (Cecil Leeson, 1902-1989), также саксофонисту, в семидесятых годах фиксировавшему воспоминания музыкантов, выступавших на сцене в первые десятилетия 20-го века (см. здесь).

По словам Клайда Доерра, он родился и вырос в городке Колдуотер, штат Мичиган (Coldwater, MI), и поначалу, с восьми лет, обучался игре на скрипке. Затем, уже в старших классах, под впечатлением яркой игры саксофониста из шоу менестрелей начал осваивать саксофон. По окончании школы Клайд играл в танцевальном оркестре в районе Детройта, а затем перебрался на Западное побережье и поступил в Королевскую консерваторию (the King Conservatory) в городе Сан-Хосе, штат Калифорния (San Jose, CA), продолжив обучение на скрипке. В октябрьском номере Metronome за 1921 год в рекламе инструментов The Buescher Band Instrument Company сообщается, что Клайд Доерр руководит «симфоническим оркестром из тридцати двух музыкантов в Сан-Хосе, Калифорния». В то же время он не оставляет саксофон, играя в оркестре одного из популярных заведений Сан-Франциско, и там его замечает ударник, пианист и бэнд-лидер Арт Хикман (Art Hickman, 1886-1930), после чего приглашает в свой танцевальный бэнд... На замечательном снимке the Art Hickman and His Orchestra, датированном, предположительно, 1919 годом и размещенном в Wikipedia, мы видим Доерра рядом с тенор-саксофонистом Бертом Рэлтоном (Albert Lewis Ralton, 1885-1927). Тим Грэсик небезосновательно предполагает, что дуэт Доерр–Рэлтон, возможно, сформировал первую саксофонную секцию в танцевальном оркестре (Doerr formed with fellow Hickman musician Bert Ralton perhaps the first saxophone section in a dance band)...

Далее сообщается, что в 1919 году после успешных выступлений в the St. Francis Hotel в Сан-Франциско оркестр Хикмана отправился в Нью-Йорк, где с ещё большим успехом выступал в роскошном the Biltmore Hotel, и это не осталось не замеченным фирмой грамзаписи Columbia. В сентябре в продолжение десяти дней была проведена масштабная сессия в нью-йоркской студии, во время которой записаны около тридцати популярных танцевальных мелодий, в большей части которых блистали саксофонисты Рэлтон и Доерр. Последний участвовал в сессиях оркестра Хикмана до начала 1921 года и, как сообщается, получив много заманчивых предложений в Нью-Йорке, решил не возвращаться на Западное побережье. В ноябре 1921 года Доерр уже записывается для Columbia с собственным оркестром, в котором он солирует на альте и теноре...

По протекции влиятельного Пола Уайтмана (Paul Whiteman, 1890-1967) Клайд Доерр руководил the Club Royal Orchestra, выступавшим в New York City's Grand Central Theatre, а также на других престижных сценах Большого Нью-Йорка. В 1922 году этот оркестр сделал множество записей для компании Victor, а их первая викторовская пластинка (Victor 18831) с записанными 2 ноября 1921 года «Dapper Dan» Альберта Вон Тильзера (Albert Von Tilzer, 1878-1956) и «The Sheik» Теда Снайдера (Ted Snyder, 1881-1965), больше известной как «The Sheik Of Araby», стала очень популярной и коммерчески успешной. По воспоминаниям Доерра, этот успех  вызвал зависть Уайтмана и в конце концов привел к разрыву их отношений. Доерра также возмущало, что Уайтман препятствовал его становлению в качестве лидера оркестра в чикагском the Congress Hotel.

Разрыв с Уайтманом не особенно сказался на карьере Клайда Доерра, потому что его репутация классного саксофониста оставалась высокой, и к середине двадцатых он был одним из наиболее востребованных музыкантов в ведущих танцевальных оркестрах страны. В это время его одинаково часто приглашали как на танцевальные радиошоу, так и в студии грамзаписи (Cameo, Lincoln, Romeo, Edison), при этом Доерр играл и в самых роскошных танцевальных залах (ballrooms). Так, в 1924 году он участвовал в нескольких сессиях оркестра Лу Голда, в том числе и в ноябре, когда были записаны танцевальные вещи «Take Me» Рэя Хендерсона (Ray Henderson, 1896-1970) и «Lonely And Blue» Руби Кована (Rubey Cowan, 1891-1957), изданные затем на Cameo. Во второй половине двадцатых Доерр работал с самыми разными коллективами, а чаще всего с оркестрами Ната Шилкрета (Nathaniel Shilkret, 1889-1982) и Розарио Бурдона (Rosario Bourdon, 1885-1961), а также записывался в студиях и участвовал в бесчисленных радиошоу со специально собранными для этого бэндами, в которых был лидером и композитором-аранжировщиком... Тим Грэсик приводит любопытную цитату из всё того же интервью, где Клайд Доерр вспоминает об этих бурных временах: 

«Мне везло, если иной раз удавалось поспать два-три часа за ночь. Утром надо было вставать и отправляться в город, чтобы к девяти часам быть в студии на сессии звукозаписи... Вырывался оттуда где-то в 12:30, перехватывал небольшой бутерброд, немного молока, ловил такси и мчался в следующую студию... Кроме того, надо было являться на вечерние студийные репетиции, на поздние радиотрансляции и вдобавок ко всему часто играть ночь напролёт в таких местах, как  the Ritz или the Biltmore... Через десять лет подобной жизни моё сердце наконец заявило о себе, и потому пришлось сбавлять обороты. На какое-то время я ушел, чтобы дать себе передышку».

В этом же интервью Сесилу Лисону Клайд Доерр признался, что с началом Великой депрессии потерял пятьдесят тысяч долларов...

Считается, что опыт и мастерство, в отличие от бренных денег, инфляции не поддаются, поэтому в тридцатые Клайд Доерр продолжил заниматься своим любимым делом, правда, в основном уже не как действующий музыкант, а как преподаватель: он обучал начинающих саксофонистов. Но ведь музыкальные эпохи менялись столь стремительно и радикально, что все представления о джазе и популярной музыке вообще кардинально преобразились, а то, что было популярно и модно в двадцатые, – в постдепрессионное время выглядело безнадежно устаревшим: начинающие саксофонисты хотели играть так, как Коулмен Хокинс, Лестер Янг, Чу Берри, Бад Фримен и другие гиганты, взошедшие на вершину джаза в конце двадцатых – начале тридцатых... Чему могли научить их вчерашние звезды вроде Клайда Доерра?

Вероятно, поэтому Доерр решил сменить профессию и в продолжение нескольких лет обучался хиропрактике (chiropractic) – одной из форм альтернативной медицины. Открыв врачебный кабинет, он безуспешно пытался преуспеть на новом для себя поприще, а в 1943 году вернулся в Калифорнию. Не имея средств купить собственное жилье, он какое-то время проживал у своей сестры в Сан-Хосе, работал в компании Schlage, занимавшейся изготовлением замков. Он прошел обучение в мастерской по точной шлифовке и в конечном итоге стал главным инспектором по точной шлифовке на заводе в Окленде (Oakland, CA), выполняя эту работу до 1970-х годов. Он также занимался продажей недвижимости, работая на Butterfield and Butterfield Realtors в Фостер-Сити. В статье Грэсика даже указан адрес, по которому Доерр проживал последние годы вместе с женой,  – 3050 Los Prados, San Mateo, California

Ну а мы предположим, что, занимаясь прозаическими и далекими от музыки делами, Клайд Доерр всё же находил время, чтобы следить за чудесным преображением саксофона и его феноменальным возвышением в джазе, рок-н-ролле и в популярной музыке в целом. Пережив Коулмена Хокинса, Чарли Паркера и Джона Колтрейна, старый саксофонист, преобразившийся в механика, мог позволить себе вслух задаться вопросом: «А были бы они таковыми, не будь в своё время меня, Клайда Доерра?..»

Ну а теперь самое время услышать игру этого саксофониста-новатора.

На стороне «Б» имеющейся в нашей фонотеке пластинки Cameo 633 опубликован фокстрот «Take Me» (Tómame) в исполнении популярного в двадцатых годах танцевального оркестра Лу Голда: настоящее имя этого бэнд-лидера – Луис Голдвассер (Lewis Milton Goldwasser / Lou Gold, 1885-1950). Запись была сделана в Нью-Йорке около (circa) 26 ноября 1924 года. Именно в том году польский эмигрант, ранее проявившийся как успешный пианист и композитор, добился успеха ещё и как руководитель оркестра. Со временем оркестры под его руководством стали очень популярными, а их дискография насчитывает сотни записей, сделанных самыми разными фирмами грамзаписи. Состав бэнда, участвовавшего в записи «Take Me», кроме альт-саксофониста Клайда Доерра, включал корнетиста Дэйва Клейна (Dave Klein), тромбониста и альт-саксофониста Вильяма МакГилла (William McGill), бас-саксофониста Джимми Джонстона (Jimmy Johnston), скрипача Майка Бермана (Mike Berman), банджоиста Ральфа Декстера (Ralph Dexter) и ударника Сола Матенсона (Sol Mathenson). Сам Лу Голд был лидером и пианистом, хотя его пианино почти не слышно из-за несовершенства грамзаписи того времени. Тон в оркестре задают ритм-секция с банджо и пульсирующим бас-саксофоном, а также солирующие поочередно корнетист, скрипач и особенно герой нашего очерка – Клайд Доерр.