«Melancholy» (1912)

Words by George A. Norton

Music by Ernie Burnett

 

Эта песня, вошедшая в историю сразу нескольких музыкальных жанров под названием «My Melancholy Baby», является одной из самых известных и популярных в Америке или даже во всем мире, она записывалась бессчетное множество Rena Santosраз, и в наши дни её продолжают исполнять самые знаменитые певцы и оркестры, а о самой песне, обросшей слухами и легендами, публикуют исследования и догадки, так что она никоим образом не подходит к нашей рубрике. Тем не менее мы представляем одно из первых изданий нот этой песни, на обложке которой красуется актриса Рена Сантос (Rena Santos), в отличие от песни сегодня всеми позабытая... 

Краткое изложение истории песни могло бы выглядеть так.

Сочинивший мелодию композитор, пианист и сонграйтер из Цинциннати, штат Огайо (Cincinnati, OH), Эрни Бёрнетт (Ernie Burnett, 1884-1959) и его жена Мэйбилл Уотсон (Maybelle E. Watson), написавшая к мелодии мужа слова, подали документы на авторское право (копирайт) 31 октября 1911 года, назвав песню «Melancholy». Несмотря на их усилия, песня никого из издателей не заинтересовала. Так они и носились с нотами от одного издателя к Ernie Burnettдругому, пока наконец пианист-рэгтаймер, музыкальный издатель и предприимчивый владелец the Dutch Mill Cafe в Денвере, штат Колорадо (Denver, CO), Терон Беннетт (Theron Catlen Bennett, 1879-1937) не выкупил у четы мелодию, при этом решительно отказался оставить к ней слова, сочиненные Мэйбилл. Что делать! Пара согласилась и на это. Заполучив мелодию, Беннетт тотчас поручил одному из своих штатных сочинителей – Джорджу Нортону (George A. Norton, 1880-1923), уже известному написанием текстов к песням «In The Shenandoah Valley», «Sing Me A Song Of The South», «Mary from Maryland» и к некоторым другим, написать новые слова, что тот запросто и сделал. Примерно так же Нортон по заданию Беннетта переделал в том же году слова и к «The Memphis Blues» Вильяма Хэнди (William С. Handy, 1873-1958)...

Итак, вскоре были опубликованы ноты песни «Melancholy» с фотопортретом сингера Джека О'Лири (Jack O’Leary) в центре красочной обложки (cameo center of the cover)где в авторах слов фигурировал Джордж Нортон, и было отмечено, что копирайт передан (transferred) издателю – Терону Беннетту. Амбиции Мэйбилл Уотсон должна была утешить надпись на самом первом издании нот, относящемся к 1912 году: Dedicated to Miss Maybelle Watson of Berkeley, California... Обращение «мисс» не случайно, так как Мэйбилл и Эрни, пока готовилась публикация нот, успели развестись...

Walter Van BruntМежду тем песня становилась популярной, ноты хорошо раскупались, песню пели и наигрывали в частных домах, она звучала с эстрадных подмостков, словом, становилась хитом, и, чтобы к издателю не было претензий «со стороны», начиная с 1914 года в копирайте фигурировал уже один лишь Терон Беннетт, а на обложке нот песня значилась как «My Melancholy Baby». Под этим несколько измененным названием она и была записана на звуковой носитель, и первым это сделал молодой талантливый выдвиженец компании Edison – Уолтер Ван Брант (Walter Van Brunt, 1892-1971): это произошло 24 октября 1914 года в Нью-Йорке, при этом Ван Брант использовал псевдоним Walter Scanlan. В начале 1915 года запись вышла как на диске так и на цилиндре (Blue Amberol 2542), и теперь широкая публика могла вполне оценить, какой шедевр появился на песенном небосклоне Америки!  

 

 

Тем временем началась Первая мировая война, в которую в апреле 1917 года вступили и Соединенные Штаты, и Эрни Бёрнетт отправился добровольцем на фронт, во Францию...

В книге известного историка американской песни Дона Тайлера (Don Tyler) Music of the First World War на страницах, повествующих об истории «My Melancholy Baby», рассказывается о том, как в одном из сражений Бёрнетт был контужен, потерял память (suffering from amnesia), в то время как его жетон (dog tags), по которому можно было бы идентифицировать личность, был обнаружен среди груды тел погибших солдат. Так его и лечили в полевом госпитале под именем Patient X, с полным основанием полагая, что композитор Эрни Бёрнетт пал героем на поле боя. Но однажды в полевом госпитале был устроен концерт для раненых, и, когда выступавшая певица запела популярную «My Melancholy Baby», Пациент Икс вдруг приподнялся с кровати и громко произнес: «I wrote that tune!» (Я написал эту песню!)* Конечно же, Бёрнетту тогда никто не поверил, не верят в эту историю и по сей день. Например, Брэд Вайсменн (Brad Weismann), автор опубликованного в 2015 году очерка об истории «My Melancholy Baby», считает изложенную выше историю одним из многих мифов вокруг песни, хотя ведь на войнах случалось всякое, в том числе и такое, во что поверить трудно. Я, например, абсолютно уверен в том, что так оно и было, тем более что к Эрни Бёрнетту вдруг вернулась память, а такое возможно только после внезапного эмоционального стресса, каковым и стала неожиданно услышанная им песня, его песня!.. Итак, к Эрни Бёрнетту возвратилась память, а с памятью вернулись и его способности сочинять музыку, сочинять песни, пусть и не такие великие, как та, которую он сочинил в далеком 1909 году, ожидая на денверском вокзале поезд, в котором ехала к нему его возлюбленная – Мэйбилл Уотсон...

И ещё немного о мифах, связанных с самым первым исполнением «Melancholy». 

В статье в Wikipedia, посвященной этой песне, сообщается, что её первым публично спел известный актер Вильям Фроли (William Clement Frawley, 1887-1966), исполнивший «Melancholy» в 1912 году в Mozart Cafe в Денвере, Колорадо. Возможно, так и было, хотя впервые об этом событии заявил сам Фроли, так что цена данному утверждению не бóльшая, чем уверениям издателя нот Терона Беннетта в том, что именно он первым спел «Melancholy» в своём Dutch Mill Cafe... Первенство Денвера, таким образом, не оспаривалось. Впрочем, уже относительно недавно сын композитора утверждал, что его отец сочинил мелодию еще будучи тинейджером: в этом случае, скорее всего, оказывались ни при чём ни Денвер, ни мисс Мэйбилл Уотсон, поскольку Эрнесто Марко Бернадетти (таково настоящее имя Бёрнетта) был родом из Цинциннати, Огайо, ещё подростком был отправлен отцом на учебу в Италию, откуда вернулся в США в возрасте семнадцати лет... Мифы!

Сам Эрни Бёрнетт утверждал, что слава к песне пришла благодаря Софи Такер (Sophie Tucker, 1886-1966), которая в середине десятых, в период своего наивысшего расцвета и признания, исполнила эту песню на публике. Возможно, великая Софи Такер действительно с успехом пела со сцены «My Melancholy Baby», но даже самое прекрасное исполнение не задержится надолго в памяти, если не окажется записанным на звуковой носитель, а у нас нет подтверждений тому, что Такер когда-либо записывала эту песню. Поэтому первая настоящая слава к «My Melancholy Baby», как мы уже отметили, пришла вместе с эдисоновскими цилиндрами и дисками Уолтера Ван Бранта (Walter Scanlan). Затем, в связи с мировой войной, песня отошла на второй план и почти забылась, и только после того, как в сентябре 1927 года её, под замечательный аккомпанемент Nat Shilkret and the Victor Orchestra, записал для Victor Джин Остин (Gene Austin, 1900-1972), песня приобрела общенациональную известность. Этот великий сингер, разумеется не без участия более опытного Нэта Шилкрета (Nathaniel Shilkret, 1889-1982), смог преобразовать хорошую Gene Austin. Wikipediaводевильную песню в непреходящий романтический шедевр, который вслед за Остином всем захотелось петь и играть... Вот все и запели, и заиграли, и если бы мы здесь стали перечислять певцов, певиц, отдельных музыкантов и оркестры, которые в разное время исполняли и записывали «My Melancholy Baby», то это заняло бы многие страницы и на это ушло бы немало времени, а от громких или даже великих имен рябило бы в глазах, к тому же эту кропотливую работу уже давно проделали исследователи более сведущие (например, см. здесь). Мы лишь добавим, что версия санкт-петербургского саксофониста, композитора и бэнд-лидера Геннадия Гольштейна, записанная в 2005 году его оркестром Саксофоны Санкт-Петербурга (Gennady Golshtein & St.Petersburg's Saxophones) и солисткой Яной Радион (Yana Radion), не затеряется в этом нетленном списке. Благодаря высокой музыкальной культуре и глубоким познаниям, Геннадию Львовичу удалось передать молодым музыкантам, и прежде всего певице, таинственную меланхолию великой песни... 

...Но что же бедная мисс Мэйбилл Уотсон, когда-то написавшая слова к этой песне и, судя по всему, вдохновившая своего бывшего мужа на сочинение музыки? Ведь из-за коварных дельцов музыкального бизнеса она не получила ни гроша, и даже скромные строки посвящения ей песни были сняты со страниц с нотами. 

Мисс Уотсон, которая со временем стала миссис Бергманн, была женщиной благопристойной, некорыстной и, главное, несуетной. Она терпеливо подождала, пока поутихнут минутные страсти, пока посвященная ей песня, вознесенная талантом Джина Остина и авторитетом Victor Talking Machine Company, наберёт общий вес и набежит кое-какая копейка, она также милосердно дождалась, когда уйдет в лучший мир жестоко обошедшийся с нею Терон Беннетт, и в 1940 году подала в суд... И суд, ужаснувшись открывшейся наглости и алчности издателей, удовлетворил все иски миссис Мэйбилл Уотсон-Бергманн, утвердив её законное и полное право называться автором слов (lyricist) одной из наиболее популярных и часто исполняемых песен в истории (Catalog Of Copyright Entries, 1940, New Series, Volume 35), назначив выплату половины (50%) всех гонораров, полученных издателями песни «My Melancholy Baby» за предшествовавшие 29 лет! Сумма и по сей день не разглашается, но можно догадаться, что речь шла не о ста и даже не о тысяче долларов... Как видим, Эрни Бёрнетт вовсе не напрасно так долго ждал поезда со своей возлюбленной на заснеженном денверском вокзале...    

 

 

Come, sweetheart mine,

Don't sit and pine,

Tell me of the cares that make you feel so blue.

What have I done?

Answer me, Hon',

Have I ever said an unkind word to you?

My love is true,

And just for you,

I'd do almost anything at any time.

Dear, when you sigh

Or when you cry,

Something seems to grip this very heart of mine.

 

       Chorus:

Come to me, my melancholy baby,

Cuddle up and don't be blue;

All your fears are foolish fancy, maybe,

You know, dear, that I am strong for you.

Ev'ry cloud must have a silver lining,

Wait until the sun shines through.

Smile, my honey dear, while I kiss away each tear,

Or else I shall be melancholy too.

 

Birds in the trees,

Whispering breeze,

Should not fail to lull you into peaceful dreams.

So tell me why

Sadly you sigh,

Sitting at the window where the pale moon beams?

You shouldn't grieve,

Try and believe,

Life is always sunshine when the heart beats true;

Be of good cheer,

Smile thro' your tears, 

When you're sad it makes me feel the same as you.

 

         Chorus.**

 

 * Don Tyler. Music of the First World War. Santa Barbara, CA. 2016, p.132-133.

** Мы здесь приводим текст песни в точности, каким он представлен на наших нотах.