«Николай Бухарин и политическая борьба в условиях политики гражданского мира»

 

Настоящий доклад был написан в июне-августе 1988 года, после того как, благодаря Анне Михайловне Лариной-Бухариной, мне стали доступны работы Бухарина, относящиеся ко времени новой экономической политики, а также биография Бухарина, написанная Стивеном Коэном.

В виде статьи будущий доклад был опубликован 11 августа в газете «Вечерняя Казань» и занимал целую полосу. У меня не сохранился экземпляр этого номера, поэтому я не могу сейчас точно сказать, насколько публикация отличалась от самого доклада, прочитанного на нашей первой бухаринской конференции 24 сентября. 

 

*  *  *

 

 Доклад на теоретической конференции

«Н.И.Бухарин: теоретическое наследие и современный мир»

 

Набережные Челны, 24 сентября 1988 года

 

Если бы меня спросили, что самое ценное из всего теорети­ческого наследия Бухарина, я бы ответил: главным в его жизни, как мыслителя и деятеля, была разработка форм и методов классо­вой борьбы в условиях политики гражданского мира.

Эта концеп­ция, как и сама политика гражданского мира, увы, потерпела поражение в конце 20-х годов, и в этой связи можно говорить о ее несовершенстве и даже неприемлемости для строительства социа­лизма в те годы. Но, во-первых, мы бы поставили под удар всю ленинскую политику, выработанную Лениным в последние месяцы его жизни, и самого Ленина-созидателя, ибо именно он выдвинул тезис о переносе центра тяжести классовой борьбы на мирную организационную «культурную работу»; во-вторых, мы бы могли так утверж­дать, если бы не имели перед собой опыт тех нескольких лет, когда хозяйство Страны Советов стремительно развивалось, креп союз рабочего класса и крестьянства, росло благосостояние горо­да и деревни. Анна Михайловна Ларина-Бухарина во время конференции «Н.И.Бухарин: теоретическое наследие и современный мир». 24 сентября 1988 года, Набережные ЧелныДостаточно обратить внимание на расцвет культуры 20-х годов, являющейся золотым фондом отечественной культуры и признанной частью общемировой.

Всего несколько лет продолжался этот период, тщательно скрываемый и извращаемый сталинской пропагандой, представляемый народу как период господства нэпмана и расцвета кулачества. И во многом из-за этого многие, даже образованные люди склонны считать, что эпоха, именуемая «сталинизмом», и вообще все наши бедствия начались сразу после смерти Ленина. Отчасти такое ут­верждение верно, но верно и то, что до 1928 года страна и пар­тия шли по ленинскому пути строительства социализма, отстаивая и сохраняя политику гражданского мира в стране, а Н.И.Бухарин являлся главным конструктором этой политики.

Четыре-пять лет – срок для истории очень небольшой, но он достаточ­ный, чтобы явить собой опыт. И поскольку мы сейчас живем на пе­реломном этапе в развитии нашего общества, поскольку вынуждены решать многие из тех задач, которые были поставлены еще в двадцатые годы, – опыт, через который шла страна и коммунистическая партия к социализму, теоретическое наследие Бухарина и его сподвижников и товарищей представляют огромную ценность. Поражение – лучший урок. И если мы нашими поражениями (а они у нас великие) не пользуемся, то нам по меньшей мере грош цена.

Сегодня повсеместно отмечается активизация людей, особен­но молодежи. Причем активизация эта ярко выраженной политичес­кой направленности. Достаточно вспомнить, сколь бурными оказа­лись выборы делегатов на XIX партконференцию. Из разных концов страны мы слышим сообщения о митингах и демонстрациях, создают­ся различные организации и народные фронты с целью поддержать перестройку, возникают организации и с прямо противоположными целями и задачами.

Все это я считаю нормальным, поскольку эти процессы динамизируют общество, будят его от многолетней спячки, срывают ореол неприкасаемости с самых запретных На конференции «Н.И.Бухарин: теоретическое наследие и современный мир». 24 сентября 1988 года, Набережные Челныещё вчера зон и т.п. Но этап, в который мы входим сегодня, требует многого – более глубокого осмысления происходящих в стране процессов и опреде­ления для себя: что делать? и как делать? И без знания опыта предшествующих поколений мы обойтись никак не можем.

В одной из самых значительных своих работ – «Путь к социа­лизму и рабоче-крестьянский союз», – написанной на основе дли­тельных бесед с В.И.Лениным в конце 1922 года, Бухарин ставит вопрос: «Как обеспечить нам дело своей окончательной победы, дело укрепления власти трудящихся, дело нашего хозяйственного роста, дело строительства нового общества, новых порядков, но­вых отношений?»

И сам же отвечает: «Мы победим окончательно, мы победим полностью и целиком, мы действительно устроим новое трудовое общество только тогда, если в этих новых мирных, не во­енных условиях сумеем вновь укрепить тот союз между рабочим классом и крестьянст­вом... Это не просто повторение старого вопроса, – подчеркивал Бухарин, – речь идет о новых условиях, более сложных, чем раньше».

Суть этих условий как раз и заключалась в умении вести классовую борьбу в условиях мирного строительства.

Советская власть достаточно укреплена, контрреволюция подавлена, очевидна полная безнадежность политической борьбы про­тив существующего советского строя. В этих условиях правитель­ство идет на то, чтобы разрешить частную торговлю, открыть ряд частных предприятий, позволить большую свободу зажиточному крестьянину – это необходимо для хозяйственного роста страны. Но это не значит, что классовая борьба прекращается. «Ни­коим образом, – говорит Бухарин. – Но эта борьба существеннейше изменила свою форму. Со стороны рабочего класса она продолжает вестись: наше законодательство, гарантирующее рабочее дело, обеспечивающее определенные права за профессиональными союзами, заставляющее платить частного предпринимателя страховые взносы, лишающее эти предпринимательские круги избирательных прав в по­литические органы власти и так далее, – это есть новая форма классо­вой борьбы».

Далее Бухарин перечисляет другие формы: это система нало­гового обложения капиталистических предприятий, это конкуренция со стороны государственной промышленности, государственной тор­говли, кооперации – все это новые формы классовой борьбы. «Ког­да наше государство дает особые льготы и преимущества коопера­тивным предприятиям, когда это государство особо финансирует, то есть поддерживает денежными средствами, кооперативные организа­ции, когда оно в законодательном порядке обеспечивает за ними большие права, – всё это есть новая форма классовой борьбы».

Бухарин говорит о том, что если государственная промышленность, торговля, кооперация в процессе мирной конкуренции на рынке вытесняет частного предпринимателя, то это есть победа в классовой борьбе, но победа не в механическом столкновении, не при помощи вооруженной схватки, а в совершенно новой оболочке, которой не было раньше.[1]

Точно так же изменяется форма клас­совой борьбы и в деревне.

«Против лавок деревенских торговцев мы должны выс­тавлять не органы прямого принуждения и насилия, а наши хорошие кооперативные лавки. Против деревенс­кого ростовщика, который дает взаймы деньги за безбожный процент или который сдает внаём свою лошадь безлошадному крестьянину на кабальных усло­виях, мы должны выдвинуть в первую голову батарею наших кредитных товариществ, хорошую организацию дешевого кооперативного кредита и помощи со сторо­ны государственной власти». [2]

Вот такие орудия предлагал Бухарин «выставить на передовые позиции нашей борьбы с эксплуататорскими элементами деревни».

Из вышесказанного мы видим, что большевики, а изложенное Бухариным являлось в то время, что называется, «генеральной ли­нией», понимали: путь к социализму лежит не через насилие.

«Нам теперь не нужны никакие революции и вооружен­ная борьба против теперешнего существующего строя, – говорил Бухарин, выступая перед молодежью в конце 1925 года, – но нам нужна такая работа мирного пе­риода, которая бы отражала классового противника там, где он имеет почву, с его мирной экономичес­кой конкуренцией, мирным экономическим соревнова­нием в первую очередь. И мы на этом пути шаг за шагом будем преодолевать все зло, которое у нас еще есть».  [3]

В нашем обыденном представлении классовая борьба – это преж­де всего вооруженная борьба и тотальное насилие над представи­телями того или иного класса, неугодного правящему классу. Классовая борьба, проповедником и проводником которой был Иосиф Сталин, носила столь же абстрактный характер, сколь и провозг­лашенный им гуманизм. Эта «классовая борьба» направлена не на изменение существующих экономических отношений, а на уничтоже­ние их субъекта, то есть конкретных лиц, или групп, или целых клас­сов, от такой «классовой борьбы» бросает в дрожь, особенно ин­теллигенцию. Оснований для такого отношения, конечно, предоста­точно. Поэтому в высшей степени уместно и своевременно заявле­ние нашего политического руководства о приоритете общечелове­ческих ценностей над классовыми.

Но сегодня хорошо известно и другое: общество наше неоднородно, оно состоит из различных социальных групп и слоев, интересы которых также различны. Есть социальные слои, кровно заинтересованные в обновлении общества, в перестройке сложившихся в годы сталинизма отношений: это прежде всего трудящиеся промышленных предприятий, особенно тех, которые переходят на пол­ный хозрасчет; это работники аграрного сектора, переходящие на арендный подряд; это развивающаяся кооперация; передовая интеллигенция, жаждущая раскрыть свой гигантский потенциал, накопив­шийся за многие годы застоя; это коммунисты – от члена Политбю­ро до рядового члена партии; это, наконец, все честные со­ветские люди, для которых разговор о социализме не пустой звук.

Но есть социальные слои, которые вовсе не заинтересованы в изменении отношений, желающие оставить все по-прежнему. Эти слои составляют и обслуживают командно-административную систему.

И если мы признаем, что у нас в свое время произошло отчуждение средств производства от производителя, без чего социа­лизм не социализм вовсе; что сталинский аппарат узурпировал власть и присвоил себе связующую ткань между производителем, средствами производства и продуктом, – то задача предельно ясна: трудящиеся должны овладеть этими необходимыми для реальной власти рычагами. Вопрос, таким образом, встаёт об отношении к собственности. И именно его разрешение первостепенно для успеха перестройки, но на пути разрешения вопроса о собственности нас могут ожидать огромные трудности и даже потрясения.

Тем более важно сегодня быть к этому готовым и на опыте далеких двадцатых учиться ведению экономической и политической борьбы в эпоху мирного строительства социализма. Потому что мы должны сохранить стабилизацию в обществе, сохранить политику гражданского мира, воздерживаться от экстремистских призывов и действий.

«Партия рабочего класса – это партия гражданского мира, – говорил Бухарин, – и она требует соблюдения и поддержания такой политики от всех других слоёв и групп,  карает и преследует всех нарушителей этого гражданского мира, всех заговорщиков, саботажников, – словом, всех, кто мешает делу мир­ного строительства нового общества».

Такой взвешенной и ответственной была политика партии в середине двадцатых годов. Но подобным, «мирным», образом думали, конечно, не все члены партии и даже не все члены Политбюро. Пси­хология «военного коммунизма» постоянно давала о себе знать, а в партии находились люди, которые были не прочь вернуться к ме­тодам продразверстки. Особенно этого желал разросшийся во вре­мена «военного коммунизма» многочисленный бюрократический слой, захватывающий и часть партии. С этим слоем начал борьбу еще Ле­нин. Бюрократия, однако, настойчиво искала «своего» вождя, а главным своим врагом считала нэп с его многоукладной экономикой – мощным тормозом аппаратной власти. Поэтому в первоочередные задачи бюрократии входила дискредитация нэпа, и для этого – дестабилизация положения в стране, возврат к чрезвычайке и сво­рачивание политики «гражданского мира».

Сегодня мы можем определить эти силы, владевшие могущественной аппаратной властью, поведшие сразу же после XV съезда партии атаку на гражданский мир, выдвигая тезис об абстрактной классовой борьбе, логическим завершением которой стал «большой террор», настоящая война, геноцид против собственного народа, уничтожение большевистской партии, разорение деревни.

Когда в начале 1928 года Сталин и его окружение предприня­ли резкие шаги к чрезвычайке, Бухарин, Рыков и Томский выступи­ли против. Бухарин, понимая, к чему может привести чрезвычайка, на VIII съезде ВЛКСМ ещё раз обращается к вопросу о классовой борьбе в мирных условиях:

«Совершенно неправильно, и теоретически, и практи­чески, считать, что, скажем, задача постройки но­вых заводов – это одно, а классовая борьба с ос­татками капитализма или с его новыми ростками – это другое. Точно так же совершенно неправильно думать, что борьба в деревне с кулаком – это одно, а кооперирование вообще и производственное коопе­рирование крестьянства в особенности – это другое».

Таким образом Бухарин дает понять, что классовая борьба должна выражаться в решениях задач социалистического строитель­ства, по мере же решения этих задач классовый противник, будь то кулак в деревне или капиталистические элементы в городе, будет вытесняться.

«Мы должны нашу классовую борьбу, если так можно выразиться, "экономизировать", должны пропитать её духом хозяйственного строительства. И наоборот, наше хозяйственное строительство мы должны пропи­тать духом классовой борьбы». [4]

Небрежение высказанным – отрыв политики от экономики – прев­ратило саму политику в пустое место, в «продуманную иерархию должностей, систему, осуществляющую прямое централизованное руководство со стороны государства всей экономической деятель­ностью и всеми аспектами общественной жизни».[5] Миллионы лю­дей в этом случае из потенциальных участников производственно­го процесса, экономические рычаги которого, учитывая интерес, заставили бы их объективно работать на социализм, превратились в классового врага со всеми вытекающими последствиями.

Мы же должны от такой практики отойти, недопустимы никакие отсечения на почве принадлежности к тому или иному классу. На траурном заседании памяти В.И.Ленина в 1928 году Бухарин говорил:

«По Ленину, наша "мирно-организаторская", "куль­турная" и прочая работа не есть какая-то мирная идиллия, а есть особая форма классовой борьбы про­летариата за социализм. Даже тогда, когда Ленин говорил, что "коммунизм мы должны строить руками врагов" или что "хороший буржуазный специалист лучше десяти плохих коммунистов", он говорил не о чем другом, как об этой, особыми методами ведущей­ся, классовой борьбе».  [6]

Сегодня перед трудящимися стоит вопрос об овладении средствами производства и продуктом. Через полный хозрасчет, арендный подряд, кооперацию – мы обязаны научиться вести "перекачку" средств из-под влияния командно-административной системы в наш, общественный, карман, накапливать наш общественный капитал, учиться владеть им и распоряжаться. Под общественным капиталом Маркс понимал совокупность индивидуальных капиталов в их переп­летении и взаимосвязи. Общественный капитал представляет собой не механическую сумму индивидуальных капиталов, а сложную сово­купность последних в их движении и взаимопереплетении. [7]

Но для того, чтобы умело вести «перекачку», необходимо ов­ладеть целым рядом качеств весьма прозаического толка: уметь считать, проявить коммерческие способности, овладеть «бухгал­терской добродетелью», к чему призывал в свое время Бухарин. [8]

И эта прозаичность оказалась посложнее, нежели организация ми­тингов, демонстраций и шумных дискуссий. Создалась ситуация, когда много людей неистово ломятся в открытую дверь. Призывать к уничтожению бюрократов оказалось легче, чем становиться бю­рократом самому. Если вспомнить, как реагировал Ленин на призы­вы подобного рода, то это весьма уместно: «Если перед вами выходят и говорят: "Покончим с бюрократизмом", то это есть демагогия. Это чепуха. С бюрократизмом мы будем бороться долгие годы, и кто думает иначе, тот шарлатанствует и демагогствует, потому что для того, чтобы побороть бюрократизм, нужны сотни мер». [9]

А главная мера – это всем нам брать на себя функции бюрок­рата. Только в этом случае исчезнет бюрократизм. Самостоятель­ная хозяйственная деятельность, будь то кооперация, или арендный подряд, или любительские хозрасчетные объединения, помимо про­фессиональных знаний и навыков, требует серьезных экономичес­ких, правовых, управленческих и финансовых знаний, а это не столь романтическое занятие, не по душе нашим некоторым «рево­люционерам». Но классовая борьба в мирных условиях как раз таки и требует овладения этими «прозаическими добродетелями».

Важнейшим документом перестройки является Закон о кооперации, предоставивший возможность проявить себя в такой сложной и непривычной деятельности, как самостоятельное хозяйствование. В свое время Ленин именно в кооперации увидел «степень соеди­нения частного интереса с подчинением общим интересам», по кото­рому наше общество должно было войти в социализм. Это дало по­вод Ленину сказать, что «простой рост кооперации для нас тождественен росту социализма». [10]

Однако современная кооперация с первых своих шагов стал­кивается с большими трудностями. Во многом они вытекают из того наследия, которое нам оставил сталинизм, когда личность была нивелирована, общество низведено до уровня неразмышляющей мас­сы, когда господствовала, по выражению Маркса, «всеобщая и конституирующая как власть зависть...»[11]. Мы и сегодня часто сталкиваемся с людьми, у которых представления о кооперации довольно смутные. Такие люди, говоря о кооператорах, с пренеб­режением произносят: «Торгаш!» А ведь Ленин этого слова не чу­рался, напротив, он призывал к умению «быть толковым и грамот­ным», «культурным торгашом». [12]

С другой стороны, нельзя не признать, что в кооперацию действительно пошла часть «дельцов» с единственной целью: на­бить потуже свой карман, не брезгуя ничем при этом. Именно та­кие «кооператоры» дискредитируют всё движение в глазах общест­венности, и бюрократия, у которой отношение к кооперации сегодня такое же, как и в двадцатые годы, может легко расправиться с коопе­ративным движением, у которого не будет опоры в массах. Борьба за Закон о кооперации, и особенно вокруг налогового обложения кооперативов, невероятные трудности, с которыми сталкивается кооператор, преодолевая бюрократические препоны, – наглядное то­му подтверждение. Следует учитывать и психологический фактор, когда высокая разница между заработком члена кооператива и ря­дового работника госсектора служит причиной вполне понятного недовольства у людей, воспитанных на ложных представлениях о социальной справедливости как о свершившемся факте.

И все же кооперация в нашей стране набирает силу. Она охватывает всё большее количество людей, особенно молодежи. Появляются кооперативные объединения, ассоциации, банки. Коопера­ция объемлет всё больший спектр хозяйственной деятельности че­ловека: от инжиниринговых, строительных, информационных, Анна Михайловна Ларина-Бухарина во время конференции «Н.И.Бухарин: теоретическое наследие и современный мир». 24 сентября 1988 года, Набережные Челныснабженческих до производственных кооперативов и их объединений. Кооператоры предполагают тесное сотрудничество с государствен­ными учреждениями и предприятиями в таких важных направлениях, как совместная разработка программ по удовлетворению потребнос­тей населения в товарах повышенного спроса; партнерство с Госу­дарственным комитетом по науке и технике и Внешэкономбанком; создание венчурных государственных программ с использованием потенциала кооперативных предприятий и создание инновационных банков; совместную работу по планированию и размещению части госзаказа в кооперативах и многое другое. На каждом из этих участков требуются уже сейчас толковые люди, способные вести серьезное дело, обладающие качествами организатора-хозяйственника. Это дело первостепенной важности, потому что именно здесь, в этих пластах, через кооперацию, через арендный подряд, во многом решается вопрос о собственности, вопрос об общественном капитале, а значит, и вопрос о власти. Поэтому именно здесь располагается сегодня очаг экономической борьбы с командно-административной системой.

Но, разумеется, только экономикой классовая борьба не ограничивается. Человек, связавший свою жизнь с кооперацией или арендным подрядом, – это уже реальный хозяин, он не отчужденный от средств производства наемный работник, он почувствовал свою способность к самостоятельной хозяйственной деятельности, узнал цену себе. И это уже совершенно новый человек, с новой психоло­гией, новыми потребностями. Его уже не устраивает та политэко­номия социализма, которую он изучал в учебных заведениях: на практике он видит совершенно другое. Такого человека уже не проведешь декларациями об «общенародном государстве» и «общенарод­ной собственности»: он своим опытом, своей, что называется, шку­рой чувствует, где собственность – его, а где – ничья. И тогда люди, занимающиеся накоплением общественного капитала, самосто­ятельной хозяйственной деятельностью, начинают понимать, что ка­питал, политически не защищенный, очень уязвим.

Коммунистическая партия проводит последовательную политику по поддержке кооперативного движения. Выступления Генерального секретаря на IV Всесоюзном съезде колхозников –  тому наглядное подтверждение. Но мы сегодня уже должны говорить о более тесной связи политики, осуществляемой КПСС, с нарождающимся мощным ко­оперативным движением. Работа над теорией кооперации в совре­менных условиях; создание системы правовой защиты; написание новой политэкономии социализма, истории нашей страны, партии; издание трудов выдающихся теоретиков кооперативного движения, как отечественных так и зарубежных; пропагандистская работа по разъяснению места и роли кооперации в перестройке; создание об­ществ потребителей; открытие информационных центров и клубов кооператоров, создание печатного органа кооперативного движе­ния; усвоение, изучение и передача опыта зарубежных кооперато­ров – нашим; обучение желающих работать в кооперации, особенно молодежи; связь кооперативного движения с передовыми экономис­тами, правоведами, социологами, историками; реанимация все­го лучшего из отечественной кооперации, которая, по словам Чая­нова, была в свое время «лучшей в мире», – всё вышеперечисленное мы называем политическим обоснованием того капитала, который через кооперацию, через аренду становится общественным, стано­вится социалистическим.

Таким образом, суть классовой борьбы в наш мирный период развития выражается в социалистическом накоплении общественного капитала и в формировании его политического обоснования.

И ещё вот о чём. Мы часто сталкиваемся с людьми, особенно среди молодежи, жаждущими активных действий на политическом поприще, стремящимися во что бы то ни стало в очередной раз облагодетельствовать народ, но мало думающими при этом, как действительно это сделать. Зато много разговоров о поисках классово­го врага. В этой связи весьма уместно высказывание Николая Ива­новича:

«Когда мы, выстраивая в шеренгу наших врагов, выкидываем или забываем о наших собственных "привычках", мы делаем непростительную вещь. Мы постоянно должны смотреть и на свой собственный класс, и на самих себя для того, чтобы не упустить тех огромных язв, которые сидят непосредственно в теле нашего орга­низма. Иначе, – говорит Бухарин, – наши поиски классового врага превратятся в легкомысленный визг». [13]

Призывы к погрому бюрократов и к уничтожению номенклатуры, провозглашение «новых» политических структур и челобитные в пользу перестройки, объявление классовых войн противникам пе­рестройки – всё это, в отрыве от овладения экономическими ры­чагами власти, может превратиться именно в «легкомысленный визг». Последствия деятельности таких «революционеров» могут оказаться самыми губительными. Бюрократия такую «борьбу» с со­бой будет только приветствовать, а при удобном случае легко обуздает своих «навязчивых врагов», сделает их управляемыми. Кроме того, такая «привлекательная», «революционная» деятель­ность способна увести молодежь от действительной борьбы, как в свое время романтика эсеровского террора будоражила многие без­мятежные головы. А самое опасное – это то, что вновь оживает все та же теория абстрактной классовой борьбы. Как подсказывает исторический опыт, горький опыт, это чревато вполне предсказуемыми последствиями.

Вот почему, прежде чем выступить поборником всего нового, передового, перестройки, демократизации, гласности и тому подобного, прежде чем заявлять о себе как о выразителе интересов како­го-то класса, важно обратиться к опыту наших выдающихся револю­ционеров, проанализировать существующее сложное положение и с этим идти вперед. Теоретическое наследие Николая Ивановича Бу­харина окажет в этом неоценимую помощь.

 


Примечания

[1]. Текст работы Бухарина «Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз» взят из книги «Путь к социализму в Рос­сии», под редакцией Сидни Хайтмана, – Нью-Йорк, 1967.

[2]. Там же.

[3]. Бухарин Н.И. Какой должна быть молодежь? // Молодая Гвардия. – 1926. –февраль.

[4]. Бухарин Н.И. Речь на VIII съезде ВЛКСМ // Известия. – 1928. – май.

[5]. Бутенко А. Механизм торможения: что это такое и как с ним бороться // Московские новости. – N 43. – 1987.

[6]. Бухарин Н.И. Речь на траурном заседании памяти Ленина // Известия. – 1928. –27 янв.

[7]. См. Маркс К. и Энгельс Ф.//Сочинения. Т. 24. – С.397.

[8]. См. Речь Бухарина «Какой должна быть молодежь?» / Молодая Гвардия. – 1926. – февраль.

[9]. Ленин В.И. // Полн. собр. соч. – Т. 45. – С. 369-377.

[10]. Там же.

[11]. Маркс К. и Энгельс Ф. // Сочинения. – Т. 42. – С. 114.

[12]. Ленин В.И. // Полн. собр. соч. – Т. 45. – С. 373.

[13]. Бухарин Н.И. Речь на VIII съезде ВЛКСМ // Известия. –1928. – май.