OKeh 8262. Sara Martin

 

«Alabamy Bound» / «Yes, Sir, That's My Baby»

 

Sara Martin, contralto

Accompaniment by Harry's Happy Four

 

Harry Cooper and Louis Metcalf, cornets; Earres Prince, piano; Bernard Addison, banjo

 

New York City.  November 24, 1925

 

Текст задорной маршевой «Alabamy Bound» написан сонграйтерами Джорджем «Бадди» ДеСилвой (George "Buddy" DeSylva, 1895–1950) и Бадом Грином (Bud Green, 1897-1981), музыка – композитором и сонграйтером Рэем Хендерсоном (Ray Henderson, 1896-1970). Как сообщается об этой песне в исследовании Дона Тайлера Hit Songs, 1900-1955: American Popular Music of the Pre-Rock Era (Don Tyler. McFarland & Co., 2007, p.137), первым песню представил публике знаменитый водевильный актер-комедиант и сингер Эл Джолсон  (Al Jolson, 1885-1950), для которого она и предназначалась. Джолсон, однако, переуступил песню Эдди Кантору (Eddie Cantor, 1892-1964), и тот включил её в шедший на Бродвее мюзикл «Kid Boots», тем самым спасая шоу от преждевременного закрытия. «Alabamy Bound» обрела необычайную популярность: было продано более миллиона экземпляров нот, на обложках которых красовались известные актеры и актрисы. Модную песню с южно-романтической тематикой и горячей мелодией сразу же записали на звуковой носитель, и первым в самом конце 1924 года это сделал для Victor оркестр Пола Уайтмена (Paul Whiteman, 1890-1967), представив инструментальную версию. Спустя полмесяца, 14 января 1925 года, свою версию записал для Vocalion оркестр Бена Селвина (Benjamin "Ben" Selvin, 1898-1980), а буквально на следующий день «Alabamy Bound» уже записывал для Brunswick оркестр Ишема Джонса (Isham Jones, 1894-1956)Таким образом, ранней весной 1925 года, вдобавок к издаваемым и переиздаваемым тиражам нот, один за другим вышли диски с зажигательной танцевальной мелодией, и теперь все ждали пластинку не только с сыгранной, но и со спетой «Alabamy Bound», как это происходило в бродвейском мюзикле... 29 января 1925 года песню записала для Columbia блистательная Блоссом Сили (Blossom Seeley, 1891-1974). Её исполнение, как только появилась пластинка, стало необычайно популярным и многими считается лучшим в истории этой песни  (слушайте здесь).

Не менее успешной в 1925 году стала и другая песня – «Yes, Sir, That's My Baby», сочиненная знаменитым сонграйтером Гасом Каном (Gustav "Gus" Kahn, 1886-1941) в сотрудничестве с композитором Уолтером Доналдсоном (Walter Donaldson, 1893-1947). По легенде, идея песни родилась в гостиной Эдди Кантора, в гости к которому однажды пришел Кан. Забавляясь игрушкой дочери хозяина – механическим поросенком (walking mechanical pig), который, передвигаясь, выдавал ещё и пару нот, – Кан сочинил фразу «Yes, Sir, That's My Baby», из которой затем получился текст песни. Затем Кан обратился к Доналдсону с предложением написать к этому тексту музыку. Так появилась на свет песня «Yes, Sir, That's My Baby», которую исполняли и записывали многие певцы и оркестры, включая Блоссом Сили и техасца Джина Остина (Gene Austin, 1900-1972), чьи версии почитались особенно, но мне представляется более интересным то, как её исполнила в мае 1925 года для Pathe Actuelle загадочная Ли Морc (Lee Morse, 1897-1954), певица, актриса, композитор, сонграйтер, гитаристка и пианистка... (Cлушайте здесь.) Много лет спустя Гас Кан признавался, что полученная им с песни «Yes, Sir, That's My Baby» прибыль – это наибольшая сумма, когда-либо евреем заработанная на свинье (Years later, Kahn commented that his take from the song constituted the largest amount of money a Jewish man had ever made from a pig)... (songfacts.com)

В конце ноября 1925 года, когда «Alabamy Bound» и «Yes, Sir, That's My Baby» уже были достаточно популярными и ассоциировались с конкретными артистами, певцами и музыкантами, OKeh записал их в исполнении многоопытной Сары Мартин (Sara Martin, 1884-1955) и джазового бэнда Harry's Happy Four, куда входили корнетисты Гэрри Купер (Harry R. Cooper, 1903-1961) и Луи Меткалф (Louis Metcalf, 1905-1981), пианист Иррес Принс (Earres Prince, 1896-1957) и банджоист и гитарист Бернард Эддисон (Bernard Addison, 1905-1990)...

В нашем очерке о Саре Мартин я предположил, что это был своеобразный ответ OKeh и самóй черной певицы – белым артистам, музыкантам, издателям и всему белому музыкальному истеблишменту. Добавлю, что это, возможно, был ответ и некоторым черным исполнительницам.

Дело в том, что в начале февраля 1925 года, ещё до того как пластинка с записью Блоссом Сили была отпрессована и появилась в продаже, «Alabamy Bound» под аккомпанемент джаз-бэнда (имена музыкантов в справочниках не указаны) записала для Cameo Люсиль Хегамин (Lucille Hegamin, 1894-1970), блюзвумен из Джорджии. Она не могла слышать пластинку Сили, но в те годы и месяцы Люсиль работала в нью-йоркских клубах и театрах и наверняка слышала модную «Alabamy Bound» со сцены. Хегамин, несомненно, выдающаяся блюзовая певица, но «Alabamy Bound» вовсе не блюз, а шлягер из бродвейского мюзикла, специально для сцены сочиненный, поэтому характерная для блюза упрощенность её не высвечивает, а гасит, из-за чего версия Хегамин (слушайте здесь), даже несмотря на великолепный аккомпанемент, уступает изящному, насыщенному артистизмом исполнению Блоссом Сили. Это было очевидным и для Сары Мартин, которая, конечно, слышала обе версии. Хорошо знала она и о том, что ещё в июне 1923 года блюзвумен из Мемфиса – Этель Ридли (Ethel Ridley, 1896-?) под аккомпанемент пианиста Лироя Тиббса (Leroy Tibbs) записала в Нью-Йорке для Columbia «Alabama Bound Blues», авторство которого принадлежит черному композитору, сонграйтеру и водевильному артисту Перри Брэдфорду (Perry Bradford, 1893-1970), прославившемуся тем, что сочинил «Crazy Blues». Но Брэдфорд был родом из Алабамы, из Бирмингема, и поэтому его блюз о родном штате исполнялся Ридли без оглядки на водевильную сцену: строго и просто. (Слушайте здесь...) Мне не известно, насколько успешным оказалась пластинка Columbia A3965, но в черной среде она, безусловно, была принята, и самому Брэдфорду это исполнение нравилось, поскольку спустя несколько дней его бэнд (Bradford's Jazz Phools) записывал Этель Ридли для Victor... И вот спустя полтора года появляется «Alabamy Bound» – развеселая песенка, сочиненная белой троицей с Севера (DeSylva-Green-Henderson), и эта песенка сначала на ура принимается белой публикой на Бродвее и спасает от закрытия мюзикл «Kid Boots», а затем с успехом исполняется и записывается ведущими танцевальными оркестрами и знаменитой актрисой театра и кино Блоссом Сили, к которым зачем-то присоединяется Люсиль Хегамин...

Это для непосвященных всё, о чем мы здесь пишем, – темный лес и никчемная казуистика. А для Перри Брэдфорда, Сары Мартин, Клэренса Вильямса, всего Гарлема и выходцев с Юга, откуда в Нью-Йорк и на Север пришли и блюз, и джаз, и многое прочее, все это имело огромное значение. Все, что в те дни записывалось, издавалось и затем распространялось по городам и штатам, – сопровождалось нехилыми страстями, иногда настоящими драмами, память о которых стерлась всесильным и равнодушным временем... Но когда мы слышим, как Сара Мартин под аккомпанемент Harry's Happy Four исполняет «Alabamy Bound» и «Yes, Sir, That's My Baby», мы чувствуем, как все эти страсти оживают, восстают из прошлого. Великая блюзвумен действительно решила показать всем, как надо петь (и как надо играть!), когда речь в песнях заходит про Юг, про Алабаму, пусть и сочинили эту песню белые из чужих северных городов.