OKeh 45300. Earl Johnson and His Clodhoppers

 

«Alabama Girl, Ain't You Comin' Out To-Night?» / «G. Rag»

 

   Earl Johnson

Earl Johnson and His Clodhoppers

Earl Johnson, fiddle; unknown, fiddle; probably Emmett Bankston, banjo;

probably Lee «Red» Henderson, guitar; unknown, laughing

 

Atlanta, GA.  August 9, 1928

 

Особенность танцевальных мелодий «Alabama Girl, Ain't You Comin' Out To-Night?» и «G. Rag» – в использовании музыкантами смеха вместо вокала. Во время своей очередной сессии, состоявшейся 2 и 9 августа 1928 года в Атланте, Джорджия (Atlanta, GA), Эрл Джонсон (Robert Earl Johnson, 1886-1965) и его партнеры по стринг-бэнду записали семь мелодий (breakdowns), и в пяти из них используется смех (laughing). Кто именно из музыкантов смеётся – не известно, в чём причина подобного вкрапления в танцевальную тему – мне не ясно, подобного я не встречал, но, видимо, такая традиция существовала. Тони Расселл (Tony Russell) в своем очерке об Эрле Джонсоне также обращает внимание на использование смеха и считает это своеобразным возвратом к недолгой моде на «смеющиеся записи» (laughing records), имевшей место в самом начале эры звукозаписи. Мы здесь слышим отзвуки эпохи шоу менестрелей, которые в 1928 году ещё витали над северо-восточной частью Джорджии, откуда родом Эрл Джонсон – сингер олд-таймер, бэнд-лидер и один из величайших фиддлеров штата и всего Юга.

Эрл родился 24 августа 1886 года в городе Лоуренсвилл (Lawrenceville, GA), Гвиннетт-каунти (Gwinnett County, GA), в фермерской семье Вильяма и Мэри Джонсонов (William and Mary Johnson) и был вторым из шестерых детей, из которых двое умерли еще во младенчестве... Отец семейства, кроме того, что занимался хозяйством, был известным в округе фиддлером и олд-таймером, чьё влияние естественным образом распространилось и на трех сыновей – Альберта (Albert Johnson, 1884-1923), Эрла и Эстера (Ester Johnson, -1923). О единственной в семье дочери – Элме Джонсон (Alma Johnson) ничего не сообщается...

Фиддлер, и мы на это уже не раз обращали внимание, был ключевой фигурой в музыкальной культуре Аппалачей и северной части Джорджии, и местность вокруг Атланты буквально кишела первоклассными фиддлерами, устраивавшими с 1913 года свои шумные съезды-конкурсы, вошедшие в историю американской музыки как Fiddlers' Conventions. Рождались здесь и фиддлеры великие. Неподалеку от столицы Джорджии родился и Семейство фермера у своего дома. Фото конца 19-го века. Из архива В.Писигинавырос один из пионеров музыки кантри Фиддлин Джон Карсон (Fiddlin' John Carson, 1868-1949); за год до появления на свет Эрла Джонсона в той же местности родился Гид Таннер (James Gideon "Gid" Tanner, 1885-1960), создатель и лидер легендарных the Skillet Lickers, участники которого – Клэйтон Макмичен (Clayton McMichen, 1900-1970) и Лоу Стоукс (Lowe Stokes, 1898-1983) также появились на свет на севере Джорджии... Всех этих прославленных музыкантов мы на наших страницах так или иначе представляли, теперь вспомним их земляка – Эрла Джонсона, признанного чемпионом (читай: королем!) фиддлеров в 1926 году на очередном Fiddlers' Convention...

Как мы уже отметили, об этом феноменальном фиддлере опубликовал главу Тони Расселл в своей книге Country Music Originals: The Legends And The Lost (Oxford, 2007/2010). Также биографическую статью о Джонсоне написал исследователь Дональд Ли Нельсон (Donald Lee Nelson) – его очерк Earl Johnson: Professional Musician опубликован в периодическом издании John Edwards Memorial Foundation. JEMF Quarterly (Autumn 1974: Vol 10, Part 3, #35), а также размещен в качестве комментариев к вышедшему в 1976 году лонгплею Red Hot Breakdown (County 543), на котором переизданы танцевальные песни и мелодии, записанные бэндом Джонсона в 1927 году. В последние годы биографического материала о великом фиддлере Джорджии значительно прибавилось, и с ним можно познакомиться на замечательном сайте Bluegrass Messengers...

...Итак, глядя на отца, юный Эрл решил стать музыкантом, конечно фиддлером. Когда Джонсон-старший уходил на работу, мальчик доставал отцовский фиддл и пытался сыграть мелодии, которые играл отец, – например, «Old Hen Cackled» или «Soldier's Joy». Кое-чему выучившись, Эрл продемонстрировал свои достижения Albert Johnson, Earl Johnson and Ester Johnson (County 543)родителям, и ничего не подозревавшие Вильям с Мэри были приятно удивлены, после чего не только Эрл, но и остальные дети получили их благословение на занятие музыкой. Старший сын Альберт взялся за банджо, а младший Эстер стал учиться игре на гитаре. Через какое-то время Эрл, как наиболее способный из братьев, создал семейное трио – the Johnson Brothers Band. Как это обычно происходило, в свободное время братья играли на танцах, домашних вечеринках, на ярмарках и разного рода торжествах, а по будням трудились на отцовской ферме. К 1902 году, когда Эрлу исполнилось шестнадцать, он накопил денег на собственную скрипку. Нельсон пишет, что он выбрал скрипку по образцу Страдивари и играл на ней в течение многих лет, пока инструмент не развалился. (Earl felt ready to purchase his own instrument. He selected a violin modeled after the Stradivarius and used it for many years until it was completely "played out".)  

Сколько лет Эрл Джонсон совмещал занятия музыкой с работой на ферме отца, не сообщается, известно лишь, что около 1907 года он женился и по-прежнему проживал в Гвиннетт-каунти. Далее мы узнаём, что, не удовлетворившись ролью сельского музыканта, вынужденного, как его отец, с утра до ночи трудиться на ферме, Эрл всерьез занялся музыкальным образованием, для чего прошел заочное обучения в одной из чикагских музыкальных школ, а затем нашел учителя игры на скрипке из Атланты. Всё это укрепило его музыкальные познания, расширило репертуар и усилило технические навыки: кроме танцевальных брейкдаунов, традиционных гимнов, популярных песен и олд-таймов, Эрл мог теперь играть и классический материал. Такое усиление лидера самым лучшим образом сказалось и на игре стринг-бэнда the Johnson Brothers, становившегося всё более известным и востребованным в области вокруг Атланты...

Нам примерно известно, какую музыку играли братья Джонсоны, но мы так и не узнаем, как именно они это делали, потому что они так и остались не записанными на звуковой носитель. В 1923 году из-за эпидемии один за другим в течение шести месяцев скончались Альберт и Эстер, что стало концом the Johnson Brothers и, конечно, большой трагедией для Эрла и всей семьи Джонсонов...

Хотя музыку свою этот фермерский бэнд из Гвиннетт-каунти нам не оставил, сохранился замечательный снимок братьев, передающий образ кондовых сельских музыкантов из глубин северо-восточной части Джорджии. Братья строги и серьезны, в них нет ни на гран артистизма, лица напряжены и не источают даже малейшего удовольствия от встречи с фотографом – характерная особенность старых фотоснимков жителей сельской местности. Альберт и вовсе стоит «руки по швам», а свой банджо удерживает так, словно это не музыкальный инструмент, а смертоносный винчестер. Да и Эстер держит гитару примерно так же... Все при галстуках, отчего воротнички рубашек наглухо застегнуты. Изрядно поношенный пиджак Эстера и жилетка у Альберта тоже застегнуты, и только у лидера и ведущего музыканта-фиддлера Эрла пиджак нараспашку... Видавшая виды обувь выдает не столько скромное существование музыкантов-фермеров, сколько их частое перемещение по пыльным сельским дорогам Джорджии. На то же указывают и старая потёртая гитара, и четырехструнный банджо, далеко не самый роскошный, но вот скрипка... Видно по всему, что инструмент у Эрла – самый что ни на есть отменный, тот самый, который он приобрел в 1902 году! Этот священный инструмент – самое главное, важное и дорогое, что имеется у Эрла, да, пожалуй, и у всего семейства Джонсонов. Не известно, когда сделан снимок, но очевидно, что до 1923 года... Приглядитесь к этому потрясающему документу эпохи: фолк-музыканты в те времена всё ещё были крепко связаны с местностью, в которой родились, с землей, на которой ежедневно трудились они сами и их родители, а главное – они были неразрывны с людьми, рядом с которыми жили, с которыми Earl Johnson (seated) with (left to right) Byrd Moore, Lee Henderson, Emmett Bankstonсостояли в одной общине и перед которыми было непредставимо паясничать... Пройдет немного времени, и уже к середине тридцатых фолк-сцена преобразится, и кантри-музыканты, ведомые ушлыми владельцами радио-шоу, хитроватыми менеджерами от звукозаписи и расчетливыми устроителями долгих и далеких туров, оторвутся от родных мест, станут обыкновенными артистами, обернутся буквальными шутами и, участвуя в чьём-то большом и скрытом от глаз бизнесе, будут скорее развлекать, забавлять и ублажать незнакомую им публику, оставив в прошлом свои первозданные ритмы и мелодии... Про нынешние времена и говорить нечего: сегодня, наверное, одна гитара у какой-нибудь кантри-звезды стоит дороже, чем вся ферма старого папаши Джонсона, а наряды теперь такие, что сверкающим блёстками артистам уже и петь-играть не надо – достаточно ходить по сцене туда-сюда... Ну да бог с ними! 

К началу 1924 года на национальный уровень вышел Фиддлин Джон Карсон, знаменитый олд-таймер, фиддлер и сингер из Кобб-каунти (Cobb County), участник и неоднократный победитель Fiddlers' Convention. Вместе с Карсоном на первый план выдвинулась и сельская музыка Юга в лице фолк-музыкантов Джорджии, Кентукки, Теннесси, Западной Вирджинии, обеих Каролин. Пришло время Атланты – одного из главных мест, где с 1923 года проводились выездные сессии ведущих фирм грамзаписи, и первым в этом деле была OKeh Records... Кстати, не так давно нашлись в Атланте добрые люди, которые отстроили заново это историческое здание на Nassau Street NW. Пусть неоригинальное, но все же... 

В очерках об Эрле Джонсоне сообщается, что именно Джон Карсон привлек его в студию грамзаписи, пригласив в состав своего бэнда во время очередной сессии. Но когда это произошло, в какую именно сессию, приходится гадать, потому что в справочнике Тони Расселла Country Music Records: A Discography, 1921-1942 имя Эрла Джонсона как участника Fiddlin' John Carson and His Virginia Reelers фигурирует в сводках сессии, состоявшейся 1 июля 1925 года, да и это его участие ставится под Emmett Bankston, Earl Johnson and Lee Hendersonсомнение: вероятно, вторым фиддлером был ТиЭм Брюер (T.M.Brewer), мультиинструменталист, о котором нам пока ничего не известно. Так что, возможно, Джон Карсон, с которым Эрл Джонсон выступал на радио ещё в 1923 году, пригласил его в свой бэнд гораздо раньше – в марте-апреле 1924 года, только имя Джонсона по каким-то причинам не занесено в ведомости OKeh, из-за чего его не оказалось и в известных нам справочниках. Точно известно, что в июне 1925 года Эрл Джонсон записывался в Нью-Йорке для Paramount в составе бэнда the Dixie String Band, которым руководил младший брат великого Гида Таннера – банджоист, гитарист и сингер Артур Таннер (Arthur Tanner, 1903-1972). Послушайте их «Leather Breeches»: возможно, это самая ранняя запись, на которой можно услышать фиддл Эрла Джонсона... 

Хотя Эрл и был близок к более старшему Джону Карсону (восемнадцать лет разница!) и к своим соседям – семейству Таннеров, периодически участвуя с ними в концертах, музыкальных радиопрограммах и в сессиях звукозаписи, вполне реализоваться как фиддлер и бэнд-лидер он мог, только собрав собственную группу, что в конце концов и произошло. Имея опыт братского стринг-бэнда, Эрл Джонсон создал группу, в которую вошли банджоист из Атланты – Эмметт Бэнкстон (Emmett Bankston, 1895-1935), гитаристы Ли «Ред» Хендерсон (Lee "Red" Henderson) из Блэрсвилла (Blairsville, GA) и Вилли «Бёрд» Мор (William "Byrd" Moore, 1889-1949), странствующий музыкант из Блэкуотера, Вирджиния (Blackwater, VA), подрабатывавший в то время парикмахером в Атланте. Также среди участников группы упоминаются фиддлер-левша (left-handed Mary Phaganfiddler) из Мариетты (Marietta, GA) Джей Ти Райт (J. T. Wright) и известный участник the Skillet Lickers – опытнейший банджоист Фэйт Норрис (Singleton LaFayette “Fate” Norris, 1878-1944), который заменял Эмметта Бэнкстона, когда тот болел. Добавим, что все участники бэнда были также сингерами, причём Бэнкстон пел фальцетом, так что его вокал вполне мог сойти за женский: вот, например, как звучит его голос в классической балладе «Ain't Nobody's Business»...

Мы перечислили музыкантов, в разное время входивших в стринг-бэнд Эрла Джонсона, но на своей первой сессии, состоявшейся в феврале и марте 1927 года в Атланте, они записывались втроем: Эрл Джонсон, Эмметт Бэнкстон и Бёрд Мор, – и в каталогах OKeh значились как the Earl Johnson and His Dixie Entertainers. Тогда были записаны двенадцать олд-таймовых стандартов, под которые уже много лет танцевали сельские жители северной части Джорджии и которые уже не раз звучали по радио, так что вышедшие пластинки быстро разошлись, и уже в октябре дилер компании OKeh в Атланте Полк Брокман  (Polk Cheshire Brockman, 1898‒1985) вновь зазвал в студию Эрла Джонсона и его бэнд. Имея в запасе такой козырь, OKeh мог противостоять конкурентам из Columbia, Victor и Brunswick

В сессиях, состоявшихся 7 и 11 октября 1927 года в Атланте, «свободного художника» Бёрда Мора сменил Ли «Ред» Хендерсон, давний партнер Эрла Джонсона, с которым он был на парамаунтской сессии 1925 года в Нью-Йорке. В течение двух дней стринг-бэндом, вошедшим в историю кантри-музыки под названием Earl Johnson & His Clodhoppers, были записаны четырнадцать вещей, главным образом брейкдаунов, а также баллада «The Little Grave In Georgia», доносящая до нас эхо одного из самых громких и страшных преступлений, когда-либо совершённых в Джорджии, – убийства в апреле 1913 года тринадцатилетней Мэри Фэган (Mary Phagan, 1899-1913) на одной из фабрик в Мариетте, рядом с Атлантой. Преступление сфокусировало целый ряд насущных проблем в жизни американского Юга, затронуло правовые, расовые, религиозные, этические и социально-политические аспекты, поэтому о нём накоплена целая историография (см. здесь). Ещё и в наши дни события тех далеких дней широко обсуждаются (см. статью в русской Википедии)... Конечно, не стояли в стороне фолк-музыканты, и трагическим событиям посвящена не одна баллада, а едва ли не первая из них – «The Ballad Of Mary Phagan» (автор Franklyn Bliss Snyder) – исполнялась Джоном Карсоном ещё в 1915 году на стихийных митингах. Вероятно, баллада «The Little Grave In Georgia» сочинена Эрлом Джонсоном тогда же, в середине десятых. Дональд Нельсон пишет, что фиддлер особенно близко воспринял трагедию, потому что некоторое время жил в Мариетте. По словам исследователя, баллада была одной из наиболее любимых у Джонсона, и надо обязательно услышать, как Эрл её поёт, потому что в балладе-вальсе «The Little Grave In Georgia» лучше всего проявляется его вокал, на время подвинувший фиддл. 

 

  

 

...Now she sleeps in a little town of Marietta,

Where the little birds sing in the trees,

Her little grave's all covered in ivy,

While her loved ones are waiting for me.

 

Little Mary was just 14,
She's as pretty as a queen,
Her hair was dark and curly,
Not a sweeter child ever was seen...

 

                                                                         ***

  

...Теперь она спит в маленьком городке Мариетта,

Где птицы поют на деревьях,

Могилка её вся плющом увита,

А близкие все ещё ждут меня.

 

Малышке Мэри было лишь четырнадцать,

Красива как царица,

Волосы темны и курчавы,

Прелестнее не рождалось дитя...

 

Необычные для слуха (из-за хохочущего вокала) «Alabama Girl, Ain't You Comin' Out To-Night?» и «G. Rag», как мы отметили вначале, записаны во время очередной выездной сессии OKeh в Атланте, состоявшейся в августе 1928 года... Директор по звукозаписи компании Том Рокуэлл (Thomas G. Rockwell, 1901-1958), звукоинженер Чарльз Хиббард (Charles L. Hibbard, 1868–1933) и их представитель в Атланте Полк Брокман могли быть довольными. Такие музыканты, как Эрл Джонсон, а ему в 1928 году уже было за сорок, были уже настолько профессиональными, а вещи, которые он и его многоопытные партнеры по стринг-бэнду исполняли годами, настолько обыгранными, что треки записывались с одного раза и на них не надо было тратить дорогостоящие матрицы. К тому же записанный материал был близок обитателям сельских глубин Джорджии и юго-восточных штатов, которые, как правило, в своих музыкальных пристрастиях оставались консерваторами, начисто отвергали всякие новации, имевшие место в популярной музыке, и с удовольствием покупали пластинки из каталога музыки хиллбилли. Но не только это радовало преуспевающего Брокмана. Дело в том, что фолк-музыканты записывали материал традиционный, являющийся так называемым «общественным достоянием» (public domain), следовательно, не имеющий конкретного сочинителя, за которым бы числились авторские права. Этого обстоятельства было достаточно, чтобы компания, на которую работал Брокман, привлекая музыкантов к сессиям, платила минимум денег исполнителям и совсем не платила композиторам. Более того, «композитором» нередко становился сам Брокман, из-за чего его имя красуется на этикетках пластинок OKeh Records... Почитаем, что сказано об этом деятеле на сайте библиотечной системы Университета Северной Каролины Hillbilly Music: Source & Symbol 

«Существует мнение, что карьера Полка Брокмана из Джорджии в ранней кантри-музыке очень схожа с открытыми горными выработками: её в целом разрушительный характер принес краткосрочную прибыль, но не долгосрочную выгоду или стабильность. Являясь одним из создателей признанной концепции хиллбилли и кантри-музыки и убедив в 1923 году Ральфа Пира записать Фиддлин Джона Карсона для OKeh Records, Брокман пошел по пути, аналогичному пути Пира, но с совершенно другими результатами. В тех случаях, когда Пир делил прибыль от изданий с авторами песен, с которыми работал, Брокман овладевал всеми правами на публикацию в обмен на незначительное вознаграждение, выплачиваемое артисту. Данная тактика в итоге провалилась, поскольку те, кого он использовал в своих интересах, в конце концов перестали писать для него» (см. здесь).

...Хоть не место и не время, а всё же припомним Брокману, как в марте 1927 года он и Рокуэлл предприняли дерзкую попытку перехватить у Paramount их фаворита – великого блюзмена Блайнд Лемона Джефферсона (Blind Lemon Jefferson, 1893-1929). Тогда оба бизнесмена неожиданно прибыли в Даллас (Dallas, TX), вошли в тайный контакт с Лемоном, посулили ему большие деньги и заманили доверчивого блюзмена в Атланту, где как раз в те дни у них была развёрнута студия. По-быстрому записав восемь треков Лемона, менеджеры OKeh в спешном порядке приступили к их изданию, так что уже к лету появилась первая пластинка (OKeh 8455) с «Black Snake Moan» и «Match Box Blues». Издали бы и остальные, но вспыхнул грандиозный скандал, грозивший OKeh самыми жесткими последствиями, поэтому издание остальных Earl Johnson, Gid Tanner, J.T. Wright (late 1950s)записанных блюзов быстро свернули, а сами матрицы, по-видимому, уничтожили... Разумеется, деловая репутация Рокуэлла, Брокмана, да и всей компании, от этого не выиграла... (Подробнее об этом см. здесь.)

Что поделаешь, бизнес в индустрии грамзаписи был не чище любого другого. Брокман являлся дитём своего времени и музыку, для нас священную, и самих музыкантов, о которых мы пишем с придыханием, рассматривал лишь как средство для обогащения, в чём мало отличался от своих конкурентов, тех же Ральфа Пира (Ralph Sylvester Peer, 1892-1960) или Фрэнка Уолкера (Frank Buckley Walker, 1889-1963) из Columbia, ну, может, был ещё более беспринципным и нахрапистым. В конце концов во многом из-за своей скупой финансовой политики OKeh и прогорел, став частью Columbia, которая его выкупила, так что Эрл Джонсон и его бэнд в следующий раз (9 ноября 1929 года) записывались уже у Ральфа Пира и Victor...

А во время своих последних сессий, уже для обновленного OKeh, состоявшихся в декабре 1930 и октябре 1931 года, Эрл Джонсон записывался дуэтом с гитаристом и сингером Биллом Хенсоном (Bill Henson), причем при записи «Bringing In The Sheaves» и «I Know That My Redeemer Liveth» им подпевала Лула Белл (Lula Bell Johnson, 1900-1977), на которой Эрл женился после смерти первой жены... Что было дальше?

В период Депрессии Earl Johnson and His Clodhoppers странствовали по юго-восточным штатам, выступая за гроши перед своими поклонниками, которых хоть и становилось всё меньше, но все же хватало, чтобы музыканты могли как-то прокормиться. В середине тридцатых от нищеты, бесконечных болезней и отчаянья покончил с собой банджоист и сингер Эмметт Бэнкстон, многолетний партнер Эрла и Left to right: unknown, F.J.Carson, unknown, Land Norris, Earl Johnson, unknownближайший друг. После этого Эрл начал привлекать к участию в группе подросших сыновей – Роджера и Роберта, игравших на банджо и гитаре. Фиддлер по-прежнему старался участвовать в разного рода конкурсах, при этом убежденно придерживался старых традиций игры на фиддле и неизменно играл тот репертуар, который прославил его самого и его бэнд далеко за пределами Джорджии. 

Эрл Джонсон дожил до Фолк-Возрождения и, как об этом сообщает Дональд Ли Нельсон, всегда оставался желанной и уважаемой фигурой на крупнейших Fiddlers' Conventions, проводимых в городе Стоун-Маунтин (Stone Mountain, GA). Во время одного из таких съездов-конкурсов, который состоялся в 1965 году, семидесятивосьмилетний фиддлер выступил вместе с сыновьями: на субботнем концерте 22 мая, как всегда, он старался играть страстно и эмоционально, в результате чего переутомился, перенервничал, и в понедельник утром у него случился сердечный приступ. Спустя неделю, 31 мая 1965 года, Эрл Джонсон скончался в городе Лоуренсвилл, в котором много лет прожил со своей женой.

Один из величайших фиддлеров Джорджии и всей Америки похоронен на Oakland Community Cemetery, в нескольких милях к западу от Лоуренсвилла, во всё той же Гвиннетт-каунти, где он когда-то родился, вырос и стал музыкантом. Прах Лулы Белл Джонсон покоится рядом. Мы обязательно там однажды побываем... А пока пусть нам хотя бы отчасти передадутся страстный и отчаянно веселый ритм, под которые сельские жители Джорджии и соседних штатов до упаду танцевали, утешая свои несчастья, своё горе...