Aeolian-Vocalion 14088. Rudy Wiedoeft

 

«Saxema» / «Valse Erica»

 

   Руди Видофт в 1920 году. Wikipedia 

Rudy Wiedoeft

Saxophone solo, with orchestra

 

New York City.  Possibly October, 1920

 

Имя Руди Видофта (Rudolph Cornelius Wiedoeft, 1893–1940) встречается на наших страницах, но в связи с пластинкой Aeolian Vocalion 14088, которую мы представляем, имеется повод подробнее рассказать об этом музыканте, оказавшем огромное влияние на вторжение саксофона в популярную музыку и в джаз.

До последнего времени музыкальное наследие Видофта вообще не было принято относить к джазу или даже к его предтечам, поэтому это имя тщетно искать в джазовых энциклопедиях, справочниках или в толстых авторитетных исследованиях. Как будто все наши великие тенора, альты и прочие начинаются с несравненного Коулмена Хокинса (Coleman Hawkins, 1904-1969), а сам он взялся из ниоткуда. А ведь речь идет о музыканте, имя которого на рубеже второго и третьего десятилетий двадцатого века всецело ассоциировалось с саксофоном: Видофт был участником самых шумных и престижных музыкальных представлений и туров, а также формировал группы, в составе которых много и часто записывался всеми крупными звукозаписывающими компаниями, включая Columbia, Victor, Edison, Emerson, Brunswick, Aeolian-Vocalion, OKeh, Pathe, Gennett, и тиражи издаваемых и продаваемых во всем мире его пластинок исчислялись миллионами. Однако наибольшей славы Руди Видофт добился, выступая и записываясь соло под аккомпанемент фортепиано или оркестров. Благодаря ему увлечение саксофоном к середине двадцатых стало повальным и достигло немыслимых масштабов. Например, как утверждают источники, в 1926 году в Канзас-Сити, штат Миссури (Kansas City, MO), был введен комендантский час для саксофона, на коем  запретили играть в черте города с 10:30 вечера до 6:00 утра, при этом в газетных публикациях вину за подобное «безобразие» возлагали на Руди Видофта, влияние которого, как казалось отцам города, приняло совсем уж нездоровые размеры и формы. Заметим, что упомянутый «комендантский час на саксофон» был введен в городе, давшем миру Чарли Паркера (Charlie Parker, 1920-1955)

Представьте: главные водевильные сцены, самые престижные залы, знаменитые театры, лучшие оркестры, миллионные тиражи пластинок, записанных ведущими фирмами грамзаписи, контракты с производителями саксофонов – и вот уже на инструментах выгравировано твое имя... А спустя век (всего-то!) – почти полное забвение, а все старые и новые исследования о джазе хранят молчание о тебе, даже не упоминают имени! Исключение составляет неутомимый Тим Грэсик (Tim Gracyk) со своей замечательной книгой Popular American Recording Pioneers: 1895-1925, написанной при участии Фрэнка Хоффманна (Frank Hoffmann), в которой саксофонисту-новатору отведены целых пять страниц; и ещё имеется в широком доступе текст саксофониста и аранжировщика Теда Хэгвика (Ted Hegvik), опубликованный в десятом номере издания Current Comments от 6 марта 1989 года (The Legacy of Rudy Wiedoeft)... 

Руди Видофт родился 3 января 1893 года в Детройте, штат Мичиган (Detroit, MI), в семье иммигрантов из Германии. Это была большая музыкальная семья, образовавшая даже собственный оркестр – the Wiedoeft Family Orchestra, который играл в отелях и кафе Детройта, а после переезда семьи на Западное побережье – в отелях и кафе Лос-Анджелеса. Руди начал играть на скрипке в шесть лет, практикуясь Etta Morgan. Private collection, Museum Kempenland, Eindhovenпо восемь часов в день. Он также подрабатывал развозом свежих газет на велосипеде и в десятилетнем возрасте имел неосторожность упасть с этого велосипеда, сломав правую руку, из-за чего уже не мог правильно и уверенно держать смычок. Тогда подросток переключился на кларнет, занимаясь с тем же упорством и настойчивостью, так что к пятнадцати годам стал вполне сформировавшимся музыкантом. С этого времени он начал осваивать саксофон, который только входил в музыкальный обиход в Соединенных Штатах и ещё не имел серьезной школы, хотя в семидесятых годах 19-го века на театральных сценах блистала Этта Морган (Etta Morgan), а в апреле 1892 года саксофонистка Бесси Микленс (Bessie Meeklens/Bessie Mecklem, 1876-1942) даже была записана на эдисоновский цилиндр, и, по-видимому, это была самая первая запись саксофона на звуковой носитель (см. здесь). Как видим, в саксофонном деле до поры до времени первенствовали женщины, но подтягивались и мужчины. В начале века появились солисты в инструментальных бэндах, затем сугубо саксофонные квартеты, а ко времени, когда Руди Видофт освоил C-melody tenor saxophone и перебрался с Западного побережья на Восточное (это произошло в 1916 году), вовсю гремел саксофонный секстет канадских менестрелей – The Six Brown Brothers, заслуга которых во внедрении саксофона в американскую музыку огромна. Их можно считать главными предтечами такого явления, как Руди Видофт... Подчеркнем, что мы сейчас ведем речь о вторжении саксофона в мир популярной музыки и в джаз.

Итак, в конце 1916 года Руди Видофт объявился среди оркестрантов популярного водевильного шоу под названием Canary Cottage, которое проходило в только открывшемся нью-йоркском The Morosco Theatre. По Frisco Jass Band left to right: unknown (drums), Rudy Wiedoeft (clarinet), Marco Woolf (violin), Buster Johnson (trombone), Arnold Johnson (piano), unknown (banjo)имеющимся свидетельствам, Видофт, солировавший на саксофоне из оркестровой ямы, иной раз получал больше аплодисментов, чем артисты, выступавшие на сцене. Вероятно, это обстоятельство придало ему уверенности, так как он вскоре покинул шоу и обосновался в одном из ночных кафе на Бродвее, где тотчас нашел единомышленников, с которыми собрал оркестр под названием the Frisco Jass Band. Кроме Видофта в оркестр вошли тромбонист Бастер Джонсон (Buster Johnson, 1885-1960), скрипач и танцор Марко Вулф (Marco Woolf), пианист Арнольд Джонсон (Arnold Johnson, 1893-1975), а также банджоист и барабанщик, имена которых пока нам неизвестны. Новый бэнд становился все популярнее, и не только в Нью-Йорке, в результате привлек к себе внимание спецов из компании Edison Records, которые были впечатлены феноменальным успехом конкурентов из Victor, записавших и издавших the Original Dixieland Jazz Band, и стремились отыскать нечто подобное. В результате с мая по октябрь 1917 года the Frisco Jass Band записали для Edison девять танцевальных мелодий, которые выходили как на дисках, так и на цилиндрах и пользовались большим успехом у публики, а самая первая сессия состоялась 10 мая, когда были записаны популярная танцевальная мелодия (two step) из мюзикла – «Canary Cottage» знаменитого композитора и летчика Ерла Кэрролла (Earl Carroll, 1893-1948) и «Johnson "Jass" Blues», автором которого значился пианист бэнда – Арнольд Джонсон.

В далеком 1917 году магическое слово «jazz» ещё не фигурировало в музыкальном и деловом обиходе, так что его предваряло непереносимое на слух слово «jass», но что до самой музыки и реального джаза (каким мы его знаем), то такового у бэнда Руди Видофта было куда меньше, чем у Original Dixieland Jazz Band, в то время также успешно обитавшего на Бродвее: все-таки Ник ЛаРокка (Nick LaRocca, 1889-1961) и его партнеры играли вместе не один год, но главное – они были новоорлеанцами, а в Новом Орлеане музыкальный жанр, как раз в те годы закрепивший за собой название «джаз», развивался уже как минимум полтора-два десятилетия... Но у Original Dixieland Jazz Band не было саксофониста! В Новом Орлеане, как известно, царствовали корнетисты и кларнетисты, на худой конец – тромбонисты, а саксофон был не в чести, считался инструментом поверхностным, несерьезным, едва ли не женским, недостойным быть представленным на праздничном параде или в почтенной похоронной процессии. И вообще: что это за смешная труба с хоботом? И когда в Sam Morgan's New Orleans Jazz Band были замечены сразу два саксофониста, то Банк Джонсон (Bunk Johnson, 1879-1949) назвал это, мягко выражаясь, «отходом от традиции»...    

Мы можем прослушать дебютную запись Руди Видофта и the Frisco Jass Band (слушайте здесь) и убедиться в несомненном лидерстве Руди, а также в том, сколь велико его стремление вести поиск нового звучания и нового ритма... Тут нет ярко выраженного соло, но уже имеются брейки, и то, как Руди Видофт их исполняет, безупречно порхая по клапанам, как расщепляет мелодию на отдельные ноты, – выдает в нем несомненного новатора, по следу которого пойдут последующие саксофонисты. Конечно, на это обратили внимание как потребители эдисоновской продукции, так и специалисты от грамзаписи, потому что спустя полтора месяца, 19 июня, Видофт вновь записывался для компании Edison, но уже как соло артист... В своей лекции Тед Хэгвик так рассказывает о начале сотрудничества Видофта с гениальным изобретателем: «Томас Эдисон был уникальным, сварливым и почти совершенно глухим. Однако, несмотря на свою глухоту, он желал лично прослушивать каждого артиста, которому предстояло у него записываться. На карточке прослушивания Видофта (audition card) Эдисон написал: "Он подойдет. Его саксофон не кажется таким мягким, как те, которые я ранее слышал”» (He will do. His saxophone don’t seem so mellow as others I have heard). 

Как всякий популяризатор, Хэгвик мог приукрасить рассказ, но я полагаю, что все примерно так и было, и на свет появилась феноменальная композиция «Valse Erica», записанная Видофтом под аккомпанемент специально собранного для него оркестра. Сообщается, что Руди назвал пьесу в честь своей сестры, которая в пору их семейного оркестра играла на фортепиано... Вышедшие вскоре пластинка и цилиндр (Edison Blue Amberol 3276) произвели огромное впечатление на публику, но еще большее – на молодое поколение музыкантов, многие из которых взялись за саксофоны, считая Руди Видофта своим идолом. «Valse Erica» стал одним из главных сочинений Руди, который отныне был знаменит, а фирмы грамзаписи не раз приглашали его в студии, чтобы записать новую версию. Так, в октябре 1919 года была сделана запись для компании Brunswick под фортепианный аккомпанемент сразу двух пианистов, а ещё спустя год – под аккомпанемент оркестра. 

В апреле 1920 года «Valse Erica» был записан компанией Victor, при этом Руди Видофту аккомпанировал викторовский оркестр под управлением Джозефа Пастернака (Josef Pasternack, 1881-1940). Эта запись была намного лучшего качества, чем эдисоновская, но само исполнение отличалось стройностью аранжировки, которая стала более академичной. Едва ли подобные исполнения могли привлечь молодых черных гениев вроде Коулмена Хокинса, положившего конец спорам о том, что такое саксофон в джазе, но вот молодых белых поп-музыкантов эти записи привлекали, и тому имеется замечательное свидетельство, оставленное всемирно известным сингером, артистом и шоуменом Руди Вэлли (Rudy Vallée, 1901-1986), который так пишет в своей автобиографии: «Была пластинка, которая изменила весь путь моей музыкальной карьеры, включая и само моё имя. Это была викторовская запись под названием "Valse Erica" саксофониста Руди Видофта... Красота звучания Видофта, потрясающая скорость... чистое исполнение – все это потрясло меня, словно удар молнии» (My Time Is Your Time: My Time Is Your Time: The Story Of Rudy Vallee. Kessinger Publishing, 2010).

А ведь у Руди Видофта были и другие яркие вещи, перевернувшие представление о саксофоне. Например, композиция «Saxophobia», впервые записанная в декабре 1918 года для Columbia, наряду с «Valse Erica» входит в число наиболее влиятельных. К подобным новаторским шедеврам причисляют и «Saxema», которая в разные годы была записана несколькими ведущими компаниями.

Что касается точных места и времени записи «Saxema» и «Valse Erica» для компании Brunswick-Vocalion, то, скорее всего, она была произведена в октябре 1920 года (в ведомостях даже указан адрес, где состоялась эта запись: New York, 16 West 36th Street), а спустя месяц или два вышла пластинка Aeolian-Vocalion 14088.