Cameo 633. Varsity Eight / Lou Gold and His Orchestra

 

«Dear One» (Querida mia) / «Take Me» (Tómame)

 

The Varsity Eight / Lou Gold and His Orchestra  

 

На стороне «А» издан фокстрот «Dear One» (Querida mia) в исполнении оркестра the Varsity Eight. Авторы этого танцевального шлягера – композиторы-сонграйтеры Марк Фишер (Mark Fisher, 1895-1948) и Джо Бёрк (Joe Burke, 1884-1950), а также композитор Сай Ричардсон (Cy Richardson). Но если Фишер и особенно Бёрк насочиняли огромное количество песен и мелодий и имеют внушительные дискографии, то Сай Ричардсон, похоже, вошёл в историю популярной музыки лишь как соавтор одной только «Dear One», которая была сочинена как love song, имеет слова и, как отмечено на нотной обложке, замышлялась для исполнения под аккомпанемент на укулеле. Тем не менее песня прославилась как танцевальный хит, исполняемый оркестрами. Так, в апреле 1924 года оркестр скрипача, тромбониста и начинающего бэнд-лидера Теда Вимса (Ted Weems, 1901-1963) записал для Victor версию «Dear One» в оркестровке пианиста и композитора-аранжировщика Дьюи Бергмана (Dewey Bergman, 1899-1987) – и это, по-видимому, самая первая запись данного фокстрота, хотя записанный материал оказался неудачным и не воплотился в пластинку. В октябре того же 1924 года музыканты из the Ted Weems Orchestra сделали новую запись «Dear One», причем удачный мастер получился у них лишь с восьмой попытки. Сессия состоялась 21 октября в Камдене, Нью-Джерси (Camden, NJ) (см. здесь). Если информация DAHR точна, то днём раньше, 20 октября, «Dear One» записал для Columbia Records оркестр Пола Спекта (Paul Specht, 1895-1954) – Hotel Alamac Orchestra; а днём позже, 22 октября, фокстрот был записан уже с вокалистом компанией Brunswick – Фрэнк Сильвано (Frank Sylvano, 1901-1964) исполнил «Dear One» вместе с оркестром Джина Родемича (Gene Rodemich, 1890-1934). Хотя времени сингеру было отпущено всего на куплет, Сильвано себя вполне проявил, и это стало одной из первых записей молодого тенора из Чикаго... (Слушайте эту версию здесь.

Судя по всему, к осени 1924 года под этот фокстрот уже вовсю отрывались в танцевальных залах Нью-Йорка и других крупных городов, так что фирмы грамзаписи одна за другой торопились на нём заработать... 10 ноября «Dear One» записал для компании Edison the Million Dollar Pier Orchestra под управлением Чарли Фрая (Charlie Fry) – их нежную романтическую версию можно услышать здесь. А в декабре свою версию записал для OKeh уже хорошо известный нам оркестр Hotel Pennsylvania Orchestra, руководимый Винсентом Лопесом (Vincent Lopez, 1895-1975). А оркестр the Varsity Eight, версию которого мы здесь представляем, сделал свою запись для Cameo Records 19 ноября в Нью-Йорке.

В отличие от упомянутых выше танцевальных оркестров, the Varsity Eight отмечен в справочных изданиях Брайана Раста как джазовый: дискография бэнда размещена исследователем в справочнике Jazz Records и охватывает период с 1923 по 1931 год. Как сообщается в редких комментариях, за это время этот бэнд с часто меняющимся составом сделал сотни записей для многочисленных лейблов, при этом используя разные названия, и на большей части своих записей фигурирует как the California Ramblers: под этим именем бэнд известен куда больше. Они также записывались как the Golden Gate Orchestra, the Five Birmingham Babies, the Vagabonds, the Goofus Five, the University Six... С последними мы уже встречались на наших джазовых страницах, когда представляли их The California Ramblers in early 1924. From left to right: Adrian Rollini, Stan King, Lloyd Olsen, Frank Cush, Irving Brodsky, Arthur Hand, Ray Kitchingman, Bill Moore (?), Bobby Davis, Freddy Cusick (?)пластинку Harmony 224-H... Но на лейбле Cameo музыканты издавались исключительно как the Varsity Eight. Не отмечено, кто являлся руководителем или лидером оркестра, через который прошло много выдающихся музыкантов, но, судя по всему, главным лицом был мультиинструменталист и бэнд-лидер Адриан Роллини (Adrian Rollini, 1903-1956), прославившийся ещё и тем, что солировал на бас-саксофоне и редком инструменте под названием goofus, или couesnophone. С этими инструментами мы его и слышим на записи фокстрота «Dear One», название которого, из-за испано-мексиканского колорита, представлено еще и как «Querida mia». Другой яркий участник оркестра – пианист и аранжировщик Ирвинг Бродски (Irving Brodsky, 1901-1998), который за свою долгую карьеру успел поиграть в разных коллективах со многими великими музыкантами... Во время записи «Dear One» Роллини был 21 год, Бродски был чуть постарше – 23 года. Если бы в то время уже существовала электрическая запись, мы бы смогли вполне оценить их игру, особенно игру Ирвинга Бродски, но его фортепиано в последних тактах трехминутной записи едва прослушивается, хотя даже на основании этой записи можно распознать в нем необыкновенного музыканта... Также на заключительной стадии фокстрота мы слышим пусть и короткое, но выразительное соло трампетиста Билла Мора (Bill Moore, 1901-1964). Как сообщается, в частности, в объёмном издании Historical Dictionary of Jazz (Rowman & Littlefield, 2020) Джона Дэвиса (John S. Davis), Билл Мор был черным! Если так, то это одно из первых появлений черного музыканта в белом джазовом бэнде... Хорошо бы подробнее остановиться на этом трубаче и попытаться разыскать о нем какие-то сведения. Пока же лишь сообщим, что родился он в 1901 году в Нью-Йорке, много играл и записывался в составе the California Ramblers и в бэндах, с ними связанных, – the Varsity Eight, the Goofus Five и так далее, – а также в других известных оркестрах. У него был и собственный бэнд – Bill Moore's Syncopators, который в июне 1929 года участвовал в короткой сессии для Victor, но запись эта так и не была издана. Сообщается, что позже Мор работал на радио и в студийных оркестрах. Умер он в Нью-Йорке 17 июня 1964 года...

Вернемся к музыкантам, которые, согласно дискографии Брайана Раста, в составе the Varsity Eight участвовали в записи «Dear One» (Querida mia): это тромбонист Ллойд «Оле» Олсен (Lloyd «Ole» Olsen); кларнетисты и альт-саксофонисты – Бобби Дэвис (Bobby Davis) и Джимми Дафф (Jimmy Duff); тенор-саксофонист Фредди Кусик (Freddy Cusick); банджоист Томми Феллини (Tommy Felline) и ударник Стэн Кинг (Stan King)...  

  

 

На стороне «Б» пластинки Cameo 633 опубликован ещё один фокстрот – «Take Me» (Tómame), в исполнении популярного в двадцатых годах танцевального оркестра Лу Голда: настоящее имя этого бэнд-лидера – Луис Голдвассер (Lewis Milton Goldwasser / Lou Gold, 1885-1950). Запись была сделана в Нью-Йорке около (circa) 26 ноября 1924 года. Именно в том году польский эмигрант, ранее проявившийся как успешный пианист и композитор, добился успеха ещё и как руководитель оркестра. Со временем оркестры под его руководством стали очень популярными, а их дискография насчитывает сотни записей, сделанных самыми разными фирмами грамзаписи. Состав бэнда, участвовавшего в записи «Take Me», включал корнетиста Дэйва Клейна (Dave Klein), тромбониста и альт-саксофониста Вильяма МакГилла (William McGill), альт-саксофониста Клайда Доерра, бас-саксофониста Джимми Джонстона (Jimmy Johnston), скрипача Майка Бермана (Mike Berman), банджоиста Ральфа Декстера (Ralph Dexter) и ударника Сола Матенсона (Sol Mathenson). Сам Лу Голд был лидером и пианистом, хотя его пианино почти не слышно из-за несовершенства грамзаписи того времени. Тон в оркестре задают ритм-секция с банджо и пульсирующим бас-саксофоном, а также солирующие поочередно корнетист, скрипач и особенно альт-саксофонист Клайд Доерр (Clyde Doerr, 1894-1973), уже известный нам по участию в оркестрах Гэрри Йеркса (Harry A. Yerkes, 1872-1954)... 

Клайд Доерр – фигура заметная и важная в мире популярной музыки конца десятых – начала двадцатых, и его вклад в привнесение саксофона в танцевальные бэнды ещё предстоит высветить и по достоинству оценить... Пока же обратим внимание на биографическую статью об этом музыканте, написанную известным специалистом, автором книги Popular American Recording Pioneers, 1895-1925 (London and New York: Routledge, 2008) – Тимом Грэсиком (Tim Gracyk) на основе Art Hickman and His Orchestra, c. 1919. the George Grantham Bain collection at the Library of Congress. Wikipediaинтервью, которое пожилой Доерр дал 28 июля 1970 года Сесилу Лисону (Cecil Leeson, 1902-1989), также саксофонисту, в семидесятых годах фиксировавшему воспоминания музыкантов, выступавших на сцене в первые десятилетия 20-го века (см. здесь).

По словам Клайда Доерра, он родился и вырос в городке Колдуотер, штат Мичиган (Coldwater, MI), и поначалу, с восьми лет, обучался игре на скрипке. Затем, уже в старших классах, под впечатлением яркой игры саксофониста из шоу менестрелей начал осваивать саксофон. По окончании школы Клайд играл в танцевальном оркестре в районе Детройта, а затем перебрался на Западное побережье и поступил в Королевскую консерваторию (the King Conservatory) в городе Сан-Хосе, штат Калифорния (San Jose, CA), продолжив обучение на скрипке. В октябрьском номере Metronome за 1921 год в рекламе инструментов The Buescher Band Instrument Company сообщается, что Клайд Доерр руководит «симфоническим оркестром из тридцати двух музыкантов в Сан-Хосе, Калифорния». В то же время он не оставляет саксофон, играя в оркестре одного из популярных заведений Сан-Франциско, и там его замечает ударник, пианист и бэнд-лидер Арт Хикман (Art Hickman, 1886-1930), после чего приглашает в свой танцевальный бэнд... На замечательном снимке the Art Hickman and His Orchestra, датированном, предположительно, 1919 годом и размещенном в Wikipedia, мы видим Доерра рядом с тенор-саксофонистом Бертом Рэлтоном (Albert Lewis Ralton, 1885-1927). Тим Грэсик небезосновательно предполагает, что дуэт Доерр–Рэлтон, возможно, сформировал первую саксофонную секцию в танцевальном оркестре (Doerr formed with fellow Hickman musician Bert Ralton perhaps the first saxophone section in a dance band)...

Далее сообщается, что в 1919 году после успешных выступлений в the St. Francis Hotel в Сан-Франциско оркестр Хикмана отправился в Нью-Йорк, где с ещё большим успехом выступал в роскошном the Biltmore Hotel, и это не осталось не замеченным фирмой грамзаписи Columbia. В сентябре в продолжение десяти дней была проведена масштабная сессия в нью-йоркской студии, во время которой записаны около тридцати популярных танцевальных мелодий, в большей части которых блистали саксофонисты Рэлтон и Доерр. Последний участвовал в сессиях оркестра Хикмана до начала 1921 года и, как сообщается, получив много заманчивых предложений в Нью-Йорке, решил не возвращаться на Западное побережье. В ноябре 1921 года Доерр уже записывается для Columbia с собственным оркестром, в котором он солирует на альте и теноре...

По протекции влиятельного Пола Уайтмана (Paul Whiteman, 1890-1967) Клайд Доерр руководил the Club Royal Orchestra, выступавшим в New York City's Grand Central Theatre, а также на других престижных сценах Большого Нью-Йорка. В 1922 году этот оркестр сделал множество записей для компании Victor, а их первая викторовская пластинка (Victor 18831) с записанными 2 ноября 1921 года «Dapper Dan» Альберта Вон Тильзера (Albert Von Tilzer, 1878-1956) и «The Sheik» Теда Снайдера (Ted Snyder, 1881-1965), больше известной как «The Sheik Of Araby», стала очень популярной и коммерчески успешной. По воспоминаниям Доерра, этот успех  вызвал зависть Уайтмана и в конце концов привел к разрыву их отношений. Доерра также возмущало, что Уайтман препятствовал его становлению в качестве лидера оркестра в чикагском the Congress Hotel.

Разрыв с Уайтманом не особенно сказался на карьере Клайда Доерра, потому что его репутация классного саксофониста оставалась высокой, и к середине двадцатых он был одним из наиболее востребованных музыкантов в ведущих танцевальных оркестрах страны. В это время его одинаково часто приглашали как на танцевальные радиошоу, так и в студии грамзаписи (Cameo, Lincoln, Romeo, Edison), при этом Доерр играл и в самых роскошных танцевальных залах (ballrooms). Так, в 1924 году он участвовал в нескольких сессиях оркестра Лу Голда, в том числе и в ноябре, когда были записаны танцевальные вещи «Take Me» Рэя Хендерсона (Ray Henderson, 1896-1970) и «Lonely And Blue» Руби Кована (Rubey Cowan, 1891-1957), изданные затем на Cameo. Во второй половине двадцатых Доерр работал с самыми разными коллективами, а чаще всего с оркестрами Ната Шилкрета (Nathaniel Shilkret, 1889-1982) и Розарио Бурдона (Rosario Bourdon, 1885-1961), а также записывался в студиях и участвовал в бесчисленных радиошоу со специально собранными для этого бэндами, в которых был лидером и композитором-аранжировщиком... Тим Грэсик приводит любопытную цитату из всё того же интервью, где Клайд Доерр вспоминает об этих бурных временах: 

«Мне везло, если иной раз удавалось поспать два-три часа за ночь. Утром надо было вставать и отправляться в город, чтобы к девяти часам быть в студии на сессии звукозаписи... Вырывался оттуда где-то в 12:30, перехватывал небольшой бутерброд, немного молока, ловил такси и мчался в следующую студию... Кроме того, надо было являться на вечерние студийные репетиции, на поздние радиотрансляции и вдобавок ко всему часто играть ночь напролёт в таких местах, как  the Ritz или the Biltmore... Через десять лет подобной жизни моё сердце наконец заявило о себе, и потому пришлось сбавлять обороты. На какое-то время я ушел, чтобы дать себе передышку».

В этом же интервью Сесилу Лисону Клайд Доерр признался, что с началом Великой депрессии потерял пятьдесят тысяч долларов...

Считается, что опыт и мастерство, в отличие от бренных денег, инфляции не поддаются, поэтому в тридцатые Клайд Доерр продолжил заниматься своим любимым делом, правда, в основном уже не как действующий музыкант, а как преподаватель: он обучал начинающих саксофонистов. Но ведь музыкальные эпохи менялись столь стремительно и радикально, что все представления о джазе и популярной музыке вообще кардинально преобразились, а то, что было популярно и модно в двадцатые, – в постдепрессионное время выглядело безнадежно устаревшим: начинающие саксофонисты хотели играть так, как Коулмен Хокинс, Лестер Янг, Чу Берри, Бад Фримен и другие гиганты, взошедшие на вершину джаза в конце двадцатых – начале тридцатых... Чему могли научить их вчерашние звезды вроде Клайда Доерра?

Вероятно, поэтому Доерр решил сменить профессию и в продолжение нескольких лет обучался хиропрактике (chiropractic) – одной из форм альтернативной медицины. Открыв врачебный кабинет, он безуспешно пытался преуспеть на новом для себя поприще, а в 1943 году вернулся в Калифорнию. Не имея средств купить собственное жилье, он какое-то время проживал у своей сестры в Сан-Хосе, работал в компании Schlage, занимавшейся изготовлением замков. Он прошел обучение в мастерской по точной шлифовке и в конечном итоге стал главным инспектором по точной шлифовке на заводе в Окленде (Oakland, CA), выполняя эту работу до 1970-х годов. Он также занимался продажей недвижимости, работая на Butterfield and Butterfield Realtors в Фостер-Сити. В статье Грэсика даже указан адрес, по которому Доерр проживал последние годы вместе с женой,  – 3050 Los Prados, San Mateo, California

Ну а мы предположим, что, занимаясь прозаическими и далекими от музыки делами, Клайд Доерр всё же находил время, чтобы следить за чудесным преображением саксофона и его феноменальным возвышением в джазе, рок-н-ролле и в популярной музыке в целом. Пережив Коулмена Хокинса, Чарли Паркера и Джона Колтрейна, старый саксофонист, преобразившийся в механика, мог позволить себе вслух задаться вопросом: «А были бы они таковыми, не будь в своё время меня, Клайда Доерра?..»

Что ж, совсем не слабая получилась пластинка Cameo 633